25 июля в Абу-Даби пройдёт турнир UFC Fight Night 282, в рамках которого выступят ряд бойцов из России. В том числе есть дебютанты. Одним из них станет 26-летний непобеждённый полутяжеловес Магомед Тучалов, который встретится с бразильцем Брендсоном Рибейро. В интервью «Чемпионату» Тучалов вспомнил о своём пути, о важности любительской базы и завоевании чемпионского пояса в UAE Warriors, а также о попадании в UFC. Кроме того, Магомед рассказал о спаррингах с Магомедом Анкалаевым и тренировках в школе имени Абдулманапа Нурмагомедова, оценил шансы Ислама Махачева в бою с Ианом Гарри и поделился, от каких бойцов перенял в свой стиль некоторые фишки.
— Ты в марте стал чемпионом UAE Warriors. Когда поступило предложение от UFC?
— Через три недели после титульного боя в UAE Warriors я вылетел на подготовку в Таиланд, потому что хотел быть активным, понимал, что со мной, с моим менеджером могут связаться люди из UFC. Мой менеджер Али Абдель-Азиз вёл переговоры по поводу меня, и в течение месяца после боя мне поступило предложение от UFC на турнир в Абу-Даби. Мне дали соперника, я подписал контракт и так стал частью UFC.
— То есть у тебя ещё до того титульника было оговорено, что дальше можешь перейти туда?
— Всё зависело от того, как я подерусь. Потому что мой соперник был бывшим бойцом UFC, дрался в Претендентской серии, были неплохие победы, опытный парень, много досрочек. Он шёл на победной серии, и за всю его карьеру, за почти 30 боёв, его никто не побеждал досрочно. А я первый, кто его финишировал — в первом раунде на второй минуте. Тем более так эффектно. Думаю, что в UFC смотрели на то, что у меня все победы досрочные, быстрые, в первом или втором раунде.
— Можно сказать, что мечта сбылась?
— Можно. Я всегда на неё работал, ради неё себя во всём ограничивал, тренировался, несмотря ни на что. Было тяжело, но и легко никому не бывает. Все выдающиеся спортсмены выходили из своей зоны комфорта, ими правил голод. А если этого нет, то придёт тот, кто голоднее и заберёт всё. Поэтому нужно сохранять голод, быть сфокусированным, знать, для чего ты это делаешь, понимать, что тебе нужно. И у меня рядом люди с большим опытом, они меня поддерживали, вели, объясняли. Со мной работают высококлассные тренеры, у меня очень сильная команда. Ты сам знаешь, что в Дагестане опытные ребята в плане боёв, спорта.
— Каким вообще был твой путь в профессионалы?
— Я дрался по любителям, выиграл там всё, что возможно. Но у меня не было хорошего менеджера, приходилось драться в российских лигах на разных любительских турнирах. Долго ждал, не хотел драться в России за маленькие деньги. Дело даже не столько в деньгах, просто моё продвижение было бы очень долгим, мог потеряться в пучине российских ММА, подписаться в среднюю лигу. Но когда я подписал контракт с Dominance MMA, с Али Абдель-Азизом, мои дела пошли в гору, мне начали давать бои. В течение года я выиграл титул UAE Warriors, все бои завершил ярко, досрочно. Там бывают матчмейкеры UFC, которые следят за молодыми талантами. Мой менеджер в меня верит, я его не подвёл, думаю, сделал свою работу на 100%. Я вообще не отдыхал после боёв, продолжал тренироваться. Я молод, полон сил, думаю, это только начало, и я на пути к большим своим мечтам и целям. Я не гонюсь за деньгами и славой, я хочу наследия, хочу вписать своё имя в историю и оставить след.
У меня есть всё, чтобы стать чемпионом. Главное, верить в себя, усердно тренироваться, где-то отказываться от комфорта и внешних факторов, которые могут мешать. Тяжело, но приходится жертвовать здоровьем, временем, средствами. Мне только 26 лет, я нигде не опоздал, всё вовремя, наступает моё время. В меня верят мой тренер, близкие, родители, супруга, сын, друзья. Я не могу их подвести, поэтому отдаю всего себя. Не могу выбирать, что мне нравится или чего я хочу. Есть только то, что надо, и то, что даст мне результат.
— У тебя уже есть пересечения с Рибейро, твоим соперником, ты помогал Чжан Миньяну готовиться к бою с ним. Это как-то помогает в подготовке?
— Тот боец, которого я победил в последнем бою в UAE Warriors (Кайо Мачадо. — Прим. «Чемпионата»), проигрывал Рибейро в UFC раздельным решением. Был очень близкий бой. Матчмейкеры UFC проницательно устраивают бои, там сильнейшие умы, они делают те поединки, в которых есть смысл. Думаю, мне дали Рибейро, чтобы посмотреть, как я себя покажу в UFC. Мне кажется, они ждут от меня яркого дебюта. Думаю, что Рибейро не сможет создать мне какие-то проблемы ни в одном аспекте. Я готов и морально, и психологически, и физически. Я сделал даже больше, чем нужно. В эти три месяца я не видел ничего, кроме тренировок, еды и кровати. Жил в отдалённой местности, был полностью в лагере. С полной уверенностью могу сказать, что это моя лучшая подготовка за всю жизнь.
Что касается Миньяна, я тогда ещё в профессионалах не дрался. Они меня пригласили в лагерь, я помогал ему достаточно долго, полтора месяца. Помогал с борьбой, показывал свои техники. И они были удивлены моим уровнем. Когда я включался и не давал ему работать, то это его немного расстраивало — он боец UFC, а тут приходит парень, который не выступает в профи, и превосходит его в борьбе, где-то — в ударке, в функциональном плане. Я работал со многими ребятами из текущего ростера полутяжёлого веса: с Магомедом Анкалаевым, Миньяном, с Дияром Нургожаем. Со многими пересекался и не могу сказать, что кто-то меня в чём-то превосходил.
— Расскажи о тренировках с Анкалаевым.
— Анкалаев — опытный, в меру возрастной боец. У нас были спарринги перед его вторым боем с Алексом Перейрой. Честно говоря, считаю, что в UFC несправедливо отнеслись к Магомеду. Уже через пять месяцев назначили реванш, а его тогда туда тянули, сюда тянули, на разные мероприятия — как почётного гостя. Так не получится полноценно тренироваться. Перейра, наверное, как проиграл, пошёл в зал. В UFC его ценят. Но считаю, что Алекс не соперник Магомеду. В плане ММА Анкалаев лучше него во всех аспектах. Просто была травма, о которой он не распылялся. Я понимал, что он не работает на все 100%, даже наполовину не был в форме, когда назначили реванш. Магомед никогда не выбирал себе бои, готов драться с любым.
— Кто для тебя сейчас главный человек в карьере?
— Мой тренер Тимур Валиев прошёл эту игру, очень опытный, знает всё, что нужно, много где дрался сам. Он тренируется не меньше меня, где-то — даже больше. Я стараюсь учиться всему у него, он показывает, что надо, что не надо, как делать лучше, много подсказывает. Говорит всё как есть. Когда Тимур есть рядом, я думаю, что никому не дам себя победить. Я в нём уверен, полностью доверяю, не вношу что-то своё, воспринимаю только критику от него и своего отца. Валиев — профессионал своего дела, помешан на этом, очень фанатично относится ко всему. Он всегда мне говорит, что я должен учиться чему-то новому постоянно: новое действие, новый удар, что угодно. Я вырос как боец с ним и рад, что он мною доволен.
— У тебя есть хорошая база в любителях. Насколько это важно для карьеры в профи?
— Я всегда хотел показывать себя в зарубежных промоушенах, а не драться с ребятами, с которыми ты работаешь в зале. Дагестанцев много, не хочется биться со своими. А лига UAE Warriors даёт хороший старт для начинающего бойца. Сугубо моё личное мнение — если ты показал результат в любителях, то, вероятнее всего, ты и в профессионалах преуспеешь.
Если у тебя нет любительской базы, то у тебя нет этих часов, проведённых в клетке, ты не выступал, не набирался опыта. В профессионалах в таком случае будет тяжело. Максимум дойдёшь до среднего уровня и будешь там держаться. Выше будет тяжело. Опыт даёт тебе определённое видение боя, помогает. Всегда говорю молодым ребятам, чтобы не спешили переходить в профи. Чем больше у них будет любительская база, тем лучше. Благо у меня всё сложилось так, что я нигде не поспешил, не подписал никаких длительных контрактов с другими лигами. Посмотри сам, те, кто выигрывал в любителях турниры, они сейчас топы. Тот же Анкалаев становился чемпионом, есть Усман и Умар Нурмагомедовы, Гаджи Рабаданов, Мурад Рамазанов, Рамазан Курамагомедов, Ризван Куниев. Те, кто хорошо выступал в любителях, сейчас топы, держат марку, показывают результаты и преуспевают.
— Не всегда дагестанские бойцы ездят готовиться в Таиланд. Почему ты сделал такой выбор?
— Потому что мой тренер не хотел, чтобы я готовился вдали от него. И я сам хотел, чтобы он контролировал мой лагерь. К титульному бою в UAE Warriors я, например, готовился в Хасавюрте. Мне предложили этот поединок через пару недель после предыдущего боя, и я сразу согласился. Я был готов, потому что мне и Тимур Валиев сказал не расслабляться, тренироваться, потому что могут дать титульник и нужно набирать ход, чтобы попасть в UFC. Тогда он контролировал меня на расстоянии, у меня не было времени лететь к нему в Таиланд. А сейчас такая возможность была, чтобы тренер всё видел, всё контролировал. У меня с ним индивидуальная работа отдельно от всех. И тяжело, когда он не рядом. Всем легче, когда тренируемся вместе и нет никаких отвлекающих факторов.
— Ты ещё тренируешься в школе имени Абдулманапа Нурмагомедова. В зале много бойцов лёгких весов. Есть достаточное количество спарринг-партнёров для тебя?
— На сегодняшний день в Дагестане нет ни в одном месте таких условий, как в зале имени Абдулманапа Нурмагомедова. Лучший зал в Дагестане. И есть много сильных ребят, из других дисциплин тоже приходят. Бейбулат Исаев из кикбоксинга, например, сильнейший ударник. Есть Арслан Билалов, Гаджи Абдулкадыров, Хабиб Набиев, Имамшафи Алиев. Много молодых ребят из полутяжей и тяжей, с парами проблем нет, что радует. Для маленьких весов там много соперников разного уровня. Я всегда стараюсь работать с более возрастными бойцами, чтобы чему-то учиться, набираться опыта.
— У тебя был опыт взаимодействия с Хабибом Нурмагомедовым в зале?
— Я давал интервью, где рассказывал, что, когда мне было лет 10-11, они тренировались в клубе Магомеда Джафарова. Я был молодым, ходил на дзюдо, но тренировался со сборниками. Среди сверстников мне не было пар моего уровня, поэтому тренировался с ребятами старше меня на два-три года. У меня нет друзей-ровесников или тех, кто младше меня. И вот Хабиба, Ислама Махачева я помню ещё с времён, когда был ребёнком. Видел их становление, тогда я на них смотрел и не мог представить, что Хабиб будет иконой боевых единоборств. Покойный Абдулманап Магомедович был гением, таких тренеров уже, наверное, не будет. Он был психологом, знал, что тебе нужно. Оставалось просто это делать. И он любил тяжеловесов. А я дзюдоист, «курточник», боевой самбист. Думаю, если бы он был жив, то обратил бы на меня внимание (смеётся). С Хабибом я лично не знаком, но, может, он уже смотрит, присматривается. А может, и нет, у него много забот, а я ещё не достиг того, чтобы на меня обращали внимание люди такого уровня.
— Ты говорил, что часть фишек взял у Джона Джонса. Есть другие бойцы, за кем ты следишь и что-то хотел бы перенять в свой арсенал?
— Конечно, есть множество бойцов, на которых я смотрел. Я пересматривал сутками бои Шогун Руа — Дэн Хендерсон, Лиото Мачида — Джон Джонс, другие разные поединки. Было множество тех, у кого можно что-то перенять. Думаю, мне повезло, что так сложилось в жизни, что я был в зале Dagestan Fighter, у меня были спарринг-партнёры Рамазан Курамагомедов, Мурад Рамазанов. Очень сильные ребята, которые всех сносили. Рамазанов — это, наверное, спарринг-партнёр, от которого я больше всего страдал, который меня просто таскал. На нём я постоянно рос. Он говорил мне, что я буду в UFC, главное, сохранить себя и дойти туда без травм, не свернуть с этого пути.
Я работал со всеми топами, которые были в нашем зале. Очень повезло, что вокруг было столько опытных ребят. Я смотрел и старался что-то перенимать. Бывало такое, что Тимур Валиев приедет из Америки, и всё, что он рассказывает, я запоминал. Это было очень ценно, когда нам давали что-то новое, показывали и рассказывали, как тренируются американцы, как профессионально к этому подходят. Плюс я много смотрел боёв и пробовал повторить что-то в зале. И не только бои по ММА смотрел, ещё бокс, кикбоксинг, тайский бокс. Смотрел на грэпплеров, джиу-джитсу, вольную борьбу, я очень люблю боевые единоборства, слежу за всем. И где могу, что могу, беру для себя. Смотрю, как «тайцы» работают в клинче. У меня длинные конечности, и я ещё в любителях много работал над локтями, коленями, потому что это оружие, которым нужно уметь пользоваться. Я заметил, что многие бойцы не используют локти и колени. Но ты можешь попасть коленом в рёбра так, как не ударишь рукой, можешь посечь человека локтем, и весь его план, который был в голове, сбивается, он думает о рассечении.
— Если учитывать твои габариты, в будущем видишь себя в другой весовой категории?
— Я дрался в среднем весе в любителях, в тяжах был, но знал, что мне подходит 93 кг. Могу согнать в 84 кг тоже, но это тяжело, надо себя изнурять. Со временем буду расти и, возможно, смогу перейти в тяжёлый вес, почему нет. В 93 кг я могу более профессионально подходить ко всему, держать диету, это мой вес. В тяжах можно будет есть что угодно, просто тренироваться.
— Согласен, что сейчас полутяжёлый вес UFC находится в кризисе и ему нужны новые имена?
— Согласен с этим процентов на 70. Нужны новые, молодые проспекты, потому что ростер этого дивизиона долгое время не пополнялся. Поэтому думаю, что да.
— Есть какие-то бойцы, с кем бы ты хотел в будущем подраться по каким-то причинам? Спортивный интерес или просто, может, не нравится кто-то.
— Нет такого, чтобы кто-то не нравился. В целом было бы интересно подраться с более опытными ребятами, у которых есть имя, больше пяти-шести лет выступают в организации. Но непринципиально, с кем именно драться.
— Если Анкалаев снова доберётся до пояса, то сможет его удержать?
— Конечно, сможет. Анкалаев запросто доберётся до титула. Он не старый, можно даже сказать, что всё ещё впереди. И он ещё в тяжах может себя показывать.
— У Ислама Махачева впереди первая защита в полусреднем весе. Как оцениваешь шансы в этом бою, насколько опасен или неудобен его соперник?
— Да, Гарри неудобен, ставит геймплан на бой, разбирает соперников. Но, думаю, Махачеву намного удобнее работать с соперниками, которые выше него, у которых длинные конечности. Так ему легче контролировать, валить, сбивать опору, работать в партере. Да и со стойки Ислам его удивит.
— Ты ждал боя Макгрегора?
— Честно говоря, никогда в жизни не болел за Конора. Да, возможно, он был неплох, но я не воспринимал его как сильного бойца. Хабиб доказал, что это не сильный боец.
— Как часто ты сам хотел бы драться и готов ли провести до конца года ещё один-два боя, если дадут?
— Драться хотел бы как можно чаще. Я ещё молод, надо набирать ход и не расслабляться, расти, развиваться. Поэтому хочется биться часто.
Источник: www.championat.com
Комментарии