За плечами Олега Тайги — множество курсов по выживанию, походы на Эльбрус, перевал Дятлова, Чарские пески, Байкал, Карелия, сплавы и другие приключения. Но даже для такого опытного путешественника зимний поход к отшельнице Агафье Лыковой стал испытанием на пределе возможностей.
300 км по глухой тайге, 14 бродов, минусовые температуры и полная неопределённость маршрута — всё это не остановило Олега и его команду. Они решили сделать то, чего до них зимой не делал никто: добраться до заимки Лыковых, помочь Агафье по хозяйству и рассказать миру о её жизни вдали от цивилизации.
От идеи до реализации
Долгое время я целенаправленно изучал информацию про зимний поход к Агафье Лыковой. Нашёл лишь одну заметку 20‑летней давности в «Живом журнале». Группа из Тувы добралась до неё, но другим путём.
Я отыскал автора публикации, написал ему и спросил, как всё было. Он ответил, что самый сложный отрезок пути лежал через открытую воду и буреломы. Понятно, что за 20 лет всё изменилось: река Большой Абакан бурная, горная, весной паводком смывает прежнее русло, образуются новые протоки.
Сначала я отложил идею: от ближайшего населённого пункта, Бийки, до места — примерно 100-150 км в одну сторону, то есть около 300 км туда‑обратно. Нужны суперподготовка и надёжная команда.
Все эти несколько лет, когда меня спрашивали: «Куда хочешь?» – я отвечал: «К Агафье Лыковой зимой никто не ходил, вот бы туда».
Летом 2025 года я встретился с товарищем, который собирался зимой посетить Горячий Ключ — ближайшую точку с термальными источниками, куда добираются на снегоходах. Он ездит туда каждый год в феврале. Я рассказал ему о своей идее, и он предложил место на снегоходе. Я сказал, что один не пойду, а он ответил: «Найдём, посмотрим».
Подготовка к походу
С августа я начал готовиться к походу. Даты определили так: 19 февраля группа уезжает на снегоходах, 27 февраля — обратно. Мне нужно было 20 февраля выйти из Горячего Ключа и вернуться к 27‑му числу, чтобы меня доставили за 82 км на снегоходах в посёлок Бийка к машине.
Подготовка была очень серьёзной — ни к одному походу я так не готовился. Троп не было, и я не знал, что меня ждёт. Изучал карты, спутниковые снимки, старые советские топокарты, читал про Агафью Лыкову, книги. Зимой начал тренироваться, искать команду. Сначала одна группа согласилась, потом отказалась, затем — ещё одна. Последнего участника нашёл за две недели до похода.
В итоге нас было трое: я, Семён Ямбаев — мой товарищ из Кемерова, кожевник, владелец мастерской, и Александр Федотов — гид из Екатеринбурга, организатор походов на перевал Дятлова.
Со снегоходами тоже были сложности. Сначала они предусматривались, но человек, с которым я договорился, не поехал, и в итоге я общался с его товарищами, которых раньше не видел. Это 82 км через перевалы, а метель могла стать дополнительным испытанием. За неделю до похода у меня не было ни одного снегохода, однако мне помогли договориться, и мы смогли уехать.
Также нужно было согласовать поход с Хакасским заповедником. Заимка Лыковых находится на его территории, и для посещения требуется пропуск. Раньше это было просто: звонил, обозначал планы, получал пропуск, оплачивал — всё. Но в этот раз секретарь переключила меня на начальника охраны заповедника. Он сказал, что за 20 лет никто не собирался идти туда зимой, и сначала отказал.
Я рассказал о своём походном опыте и заинтересовал его. Начальник согласовал всё с директором и предложил оформить волонтёрскую деятельность. Нам дали задания: скинуть снег с крыши кордона «Коэтру» (там, где начинается заповедник, у слияния рек Коэтру и Большой Абакан), перенести вещи около заимки Лыковых, которые могли быть смыты весенним паводком, привезти по заказу Агафьи цинковую мазь, муравьиный спирт и, если получится, пакет сухофруктов.
Ещё нужно было получить благословение от духовного наставника Агафьи Карповны отца Игоря. Он оказался адекватным человеком и благословил нас, попросив помочь с дровами и заготовкой елового лапника для коз.
Две недели я готовил провизию. У нас были сушёный фарш, лапша быстрого приготовления, овощи, арахисовая паста (полкилограмма на весь поход), сало — всё максимально облегчённое. В среднем получалось 2,5 кг еды в день на троих, три полноценных приёма пищи. Всё было взвешено и упаковано в вакуумные пакеты.
Как проходил маршрут
Мы отправились в путь 19 февраля. Доехали до посёлка Бийка за 10 часов на машине. Планировал выйти 20‑го, но из‑за задержки понял, что можем не успеть вернуться к 27‑му на снегоходы. Возможно, придётся добавить 82 км пешком по снегоходному следу к 130 км на лыжах. Команда отнеслась к этому нормально.
20 февраля мы выехали на снегоходах до Горячего Ключа. Погода была хорошая, добрались к 15:00, однако нужно было перебрать снаряжение, поэтому в тот же день не вышли. Первая точка — кордон «Коэтру», 30 км. Вышли 21 февраля в 5:00. Первые 13 км нас подвезли на снегоходах, затем мы встали на лыжи и волокуши.
Первые 6 км ехали по занесённой снегоходке, но потом снегоход развернулся – и начался наш маршрут на лыжах. Сразу встретили первый брод — перешли его в тапочках, почувствовали, какая холодная вода. Дальше были лесополосы, бурелом, приходилось делать круги. Волокуши неудобно тащить по лесу — их постоянно нужно подтягивать, затаскивать на лесополосы и спускать.
За день прошли около 17 км. За 3 км до кордона «Коэтру» наступил вечер, и нам предстояло перейти длинный брод. Мы решили оставить волокуши с палаткой и печкой, быстро дойти до кордона, а потом вернуться за ними или забрать их ночью по свежему следу.
Дошли до кордона к 21:00-22:00. Избы были закрыты, ключи не нашли, несмотря на долгие поиски. Решили выбить окно и заночевать в избе. Устроили дневку, перебрали снаряжение, максимально облегчились — рюкзаки до 22 кг.
На следующий день выдвинулись к избе у реки Каирсу (19 км из‑за обходов реки и бурелома). День был тяжёлым: много открытой воды, приходилось лазить по лесу. Пришли к координатам избы к 2:00, но её там не оказалось. Решили ночевать аварийно в снегу у костра — трое сели плечом к плечу, накинули спальники. Температура около -20°C, но были сухие комплекты одежды.
Осталось 15 км до Агафьи. Нужно было дойти и заночевать в избе — вторая холодная ночёвка была бы опасной. На следующий участок потратили 18 часов, было 14 бродов, каждый занимал 20 минут. Усталость и недосып замедляли движение.
До Агафьи оставалось 2,5 км, когда один из нас упал в воду на последнем броде, промочился, потеряли лыжную палку. Быстро переодели его в сухие вещи из аварийного комплекта. Дальше шли ночью — усталость давала о себе знать: фонарик упал, начались слуховые галлюцинации, казалось, что кто‑то следит. Решили остановиться и сделать вторую ночёвку под открытым небом при -30…-32°C.
Выбрали способ ночёвки: постелили коврики, легли валетом, сняли обувь, засунули ноги друг другу под куртки, руки — в подмышки, накрылись спальниками. Проспали пять-шесть часов. Утром разожгли большой костёр, высушились и согрелись. Последний переход в 2 км занял три часа. Оказалось, что ночью идти было бы опасно: непроходимый лес и скалистый участок.
Встреча с Агафьей Лыковой
Мы пришли к заимке Агафьи. Она живёт на пригорке у реки. Поднялись, позвали её. Агафья вышла, встретила добродушно, улыбнулась, сначала немного стеснялась, но мы разбавили обстановку шутками, посмеялись вместе и зашли в дом.
Агафья угостила нас компотом — в кувшине были сварены морковь, которую она сама выращивает, и листья бадана. Я спросил: «Агафья Карповна, что за напиток-то?» – на что она ответила: «Да от поноса». Мы посмеялись — мы-то не страдали, всё было нормально. В первый день мы хорошо отдохнули, вечером четыре‑пять часов разговаривали с ней, уже засыпая. На следующий день начали помогать по хозяйству.
Агафья рассказывала про свою жизнь, про отца (она называет его не «папенька», а «тятенька»), про церковь, старообрядцев, братьев и семью. На вопросы «что можно, что нельзя» она отвечала не «нельзя», а «не можно».
Некоторые темы она просто замалчивала — вела себя как обычный человек. У неё интересный говор, непохожий на наш, с необычными словечками, и она как будто поёт, тянет слова.
Третий день тоже посвятили заготовке дров. Сушин рядом не было. Агафья сказала идти через реку Еренат на другой берег, найти их там и принести. Мы потратили весь день: на лыжах перешли реку (метров 200), нашли сушину, напилили чурок, принесли, подняли на гору. Весь день ушёл на это.
Вечером мы попросили Агафью поставить автографы: она расписалась в нашей книге «Таёжный тупик» Пескова и на бумажных картах. Очень хотелось попробовать её старообрядческий хлеб — и Агафья сама нас угостила: давала хлеб, потом ещё, потом замороженный. Испекла нам хлеб из «столетней» картошки — сорта, который сохранила с тех времён, когда ушла её семья. Она сказала, что сейчас картошка уже не та, а эта — лучшая, её не ел колорадский жук.
Агафья с чувством юмора, любит посмеяться и пошутить. Было очень комфортно с ней общаться — она уникальный человек: родилась в тайге и прожила там 80 лет.
Я удивлялся её силе. Несмотря на возраст, она каждый час спускается со своей горы за дровами: берёт два брёвнышка, перевязывает верёвкой, оставляет её, закидывает ещё одно бревно на плечо и несёт. Я предлагал: «Агафья, давайте мы всё принесём», но она отвечала: «Я сама» — это её уклад, борьба за выживание. Она сама сажает, добывает и ест только то, что вырастила или нашла. За водой она тоже ходит сама: спускается к реке, берёт коромысла и несёт вёдра.
Остаться подольше хотелось, но возможности не было — нас ждали снегоходчики 27 февраля. Мы уже пропустили все сроки и решили возвращаться сами — плюс 82 км к лыжному маршруту.
Обратный путь
На четвёртый день мы проснулись, позавтракали и рано вышли обратно. Шли по своей лыжне, ничего нового не придумывали. Стояли морозы, река немного подмёрзла, и большинство бродов, которые преодолевали по пути к Агафье, мы перешли по льду. Если туда было 14 бродов, то обратно — всего два, что очень радовало. Приходили засветло.
По спутнику смогли дозвониться, уточнили координаты, получили нужные данные и переночевали в избе, придя засветло. Отрезок, который шли 22 часа туда, обратно прошли за 10 часов.
Дошли до снегоходного следа. Снегоходы уже уехали, и нам предстояло пройти 82 км пешком с волокушами. По пути подобрали оставленные ранее волокуши, палатку и печку. Эти 82 км прошли за три дня, делая примерно по 30 км в день. Были перевалы, но это уже просто работа — шли и шли.
Нам встречались снегоходы, ехавшие из Бийки в Горячий Ключ. Никто не ехал обратно, чтобы нас подвезти, хотя мы на это надеялись. Все останавливались, спрашивали, откуда мы, и очень удивлялись. Агафья тоже удивлялась, сказала, что последние лыжники были у неё лет 20 назад, раньше река хорошо застывала, а сейчас много открытой воды. Раньше ходили правым берегом до геологов, где был один брод, а мы постоянно переходили с берега на берег.
После третьей ночи на четвёртый день прошли последние 5 км и вышли к машине — товарищ приехал нас забрать. Мы благополучно отправились домой. Весь маршрут занял 14 дней вместо запланированных семи, но всё получилось.
Я очень доволен и удивлён интересом аудитории — такой задачи не стояло: не было цели набрать подписчиков или привлечь СМИ. Я сделал это, потому что люблю походы и не верю, что есть непроходимые маршруты. Считаю, что любой маршрут можно пройти — мы же облазили самые высокие горы. Этот поход стал самым сложным зимним походом в моей жизни и самым интересным. Он дал нам много опыта, а главная цель — помочь бабушке, живущей одной в тайге 80 лет — сделала его особенно значимым.
Источник: www.championat.com
Комментарии