Когда мы слышим о судебных разбирательствах хоккеистов в суде, то в первую очередь думаем о процедуре арбитража, когда клуб НХЛ не может полюбовно договориться с ограниченно свободным агентом о новом соглашении. И это наиболее частый случай в этом виде спорта.
Иногда игроки попадают в ситуации, где их подозревают в совершении неправомерных действий. Как, например, те самые пять хоккеистов молодёжной сборной Канады, чемпиона мира 2018 года, которые, даже несмотря на доказанную судом невиновность, продолжают разбираться с последствиями скандала спустя восемь лет.
С последствиями истории восьмилетней давности продолжает сталкиваться и Джон Таварес. В 2018-м его переход из «Айлендерс» в «Торонто» стал одним из самых громких не только в то межсезонье, но и за весь период 2010-х. Всех подробностей этого трансфера, из-за которого Таварес до сих пор является персоной нон-грата на Лонг-Айленд, вспоминать не будем – лишь скажем, что аукнулся он ему не только в виде испортившегося отношения к нему со стороны болельщиков «островитян».
При переходе в «Мэйпл Лифс» форвард получил значительный подписной бонус в размере $ 15,25 млн – в общем-то, практически все из положенных ему по семилетнему контракту с «листьями» $ 77 млн были зашиты именно в бонусную часть.
Спустя четыре года после того, как Таварес стал игроком «Торонто», Канадское налоговое агентство заинтересовалось тем самым первым бонусом, который был самым крупным. По мнению ведомства, игрок не донёс до государственной казны около 8 млн канадских долларов (~$ 5,8 млн) – $ 6,85 млн в виде основной задолженности, а также проценты в размере ~$ 1,2 млн.
Откуда взялась эта задолженность? На момент уплаты налога за подписной бонус в 2018 году, по мнению Тавареса, он считался налоговым резидентом Соединённых Штатов, поскольку тогда проживал в Нью-Йорке. А налоговый договор между США и Канадой предполагает, что определённые финансовые стимулы для спортсменов могут облагаться налогом всего в 15%.
Сторона Тавареса считает, что подписной бонус и был тем самым «стимулом», который позволил ему принять решение в пользу «Торонто» (ведь тогда в форварде были заинтересованы многие клубы НХЛ), а необходимые 15% Джон оплатил ещё в 2018 году как резидент США. Вдобавок к этому он оплатил федеральный налог и налог штата Нью-Йорк – следовательно, никаких вопросов к нему быть не должно.
На родине Тавареса другое мнение – КНА называет подписной бонус не стимулом, а доходом от трудовой деятельности, поэтому считает, что он должен облагаться более чем 50-процентным налогом. В качестве одного из доводов в пользу своей позиции ведомство указывает, что этот бонус был структурирован: платежи производились в течение нескольких лет, а также были условия, которые позволяли перераспределить бонус в случае, если бы форвард покинул клуб раньше истечения контракта – что уже больше похоже на зарплату, а не на стимул.
На днях Таварес впервые выступил в суде по этому делу – он дал показания по своим переговорам с тогдашним генеральным менеджером «листьев» Кайлом Дубасом, а также объяснил важность подписного бонуса и итоговое решение подписать соглашение именно с «Мэйпл Лифс».
От решения суда могут зависеть крупные переходы из США в Канаду в будущем – возможно, клубам из Страны кленового листа придётся искать другие способы уговаривать звёздных игроков перебираться к ним, поскольку плюсы подписных бонусов будут уже далеко не такими очевидными. А может, история Тавареса окажется единичным случаем.
Источник: www.championat.com
