Николай Круглов завершил свою спортивную карьеру 16 лет назад, но по-прежнему плотно ассоциируется у болельщиков с международным биатлоном. Во многом – благодаря своей комментаторской работе.
По окончании сезона мы пообщались с чемпионом мира. В интервью «Чемпионату» экс-биатлонист подвел итоги Кубка мира – 2025/2026, рассказал, кому удалось его удивить, и предположил, с какими проблемами могут столкнуться российские спортсмены, когда вернутся на мировую арену.
«У норвежцев — запредельная конкуренция»
– Николай, пришло время подводить итоги зимы. Начнём с Кубка мира. Кто по ходу сезона стал для вас настоящим открытием?
– Думаю, что по сезону это Осеан Мишлон, которая выиграла две золотые награды на прошедших Олимпийских играх. По итогам Олимпиады это Лора Христова и Тереза Воборникова, которые также взяли медали на Играх.
У мужчин — Йохан-Олав Ботн, которого ранее особо не видели и который прежде не заявлял о себе настолько серьёзно, как в этом году. Всё-таки человек, который носил жёлтую майку лидера Кубка мира и потом завоевал золотую медаль в индивидуалке на Играх, – это, безусловно, открытие. Совершенно новыми красками заиграли Томмазо Джакомель и Эрик Перро. Если опять же говорить про Олимпиаду, очень неожиданно, что Мартин Понсилуома выиграл золотую медаль в гонке преследования. Ну если не открытием, то человеком, который в нынешнем сезоне удивил, точно стал Йоханнес Дале-Шевдал.
– Вы сказали про Ботна. Уже не в первый раз в сборной Норвегии случается история, когда ребята из тени быстро врываются в топ. Со Стурлой Легрейдом, например, пару лет назад было такое, теперь – с Ботном.
– Это лишь говорит о том, что у норвежцев очень серьёзная скамейка запасных и запредельная внутренняя конкуренция в команде. Честно говоря, я не помню таких примеров, чтобы люди, которые впервые приезжали на Кубок мира, сразу же начинали выигрывать и бились за жёлтую майку. Это выдающееся достижение, крайне редкое для биатлона.
– При этом в последние годы у нас две таких истории из сборной Норвегии.
– Совершенно верно.
– У нас никогда не получалось так выводить ребят. Да, были неплохие результаты в топ-20 в первых сезонах, но суперсенсаций не было. С чем это связано?
– Думаю, такое всё же бывало. Может быть, не боролись за победу, но тем не менее ребята попадали в топ-10 на первых стартах. Исключительно моё предположение, но сейчас, видимо, общий уровень биатлона в России чуть ниже, чем у наших основных конкурентов – норвежцев и французов.
– Несмотря на прорывы норвежцев, в мужском и женском тоталах главные награды забрали французы. Это Эрик Перро и Лу Жанмонно. Как думаете, смогут ли они в ближайшие годы стать гегемонами?
– Конкуренция есть сейчас, и она довольно приличная – как у мужчин, так и у женщин. Уж точно о гегемонии речи не идёт. Получится ли у них в ближайшие годы? На мой взгляд, это тоже достаточно сложно. Всё будет зависеть от самих ребят, от того, насколько их успехи нынешнего сезона позволят им выйти на какой-то уровень с точки зрения стабильности, подготовки к сезону, мотивации. То, что это талантливые спортсмены, – факт. То, что они наверняка будут в числе главных претендентов на награды в ближайшие сезоны, – несомненно. Но то, что это новый Бьорндален или новая Нойнер, – пока нельзя говорить.
– Концовка прошлого сезона была не такой яркой, поскольку Томмазо Джакомель досрочно завершил сезон из-за проблем с сердцем. Сможет ли он вернуться на прежний уровень или всё-таки проблемы с сердцем – довольно серьёзная история? Мы видели грустную с Сивертом Баккеном.
– Я не медик чтобы делать какие-то выводы в отношении этих моментов. Но как человек, следящий за тем, что происходит в биатлоне, конечно, очень бы хотел узнать причины всего этого Почему так случилось с Сивертом, что там произошло. К сожалению, до сих пор мы не знаем подробностей.
Отвечая на ваш вопрос: проблемы с сердцем были и у Ингрид Тандреволд некоторое время назад. Видим, что спортсменка достаточно успешно вернулась. Да, она не показывала суперрезультатов, однако это связано, на мой взгляд, в большей степени с проблемами стрелкового характера. С точки зрения скорости, её лыжного хода, на что влияют проблемы с сердцем, таких сложностей у неё не наблюдалось. Более того, в концовке сезона она показала прекрасную форму, одну из лучших скоростей в Осло. Наверное, всё зависит индивидуально от человека, от того, какие проблемы с сердцем были именно у Томмазо.
– Есть ощущение, что у Ингрид скорее проблемы с психологией, которые сказываются на стрельбе, если учитывать предыдущие нюансы с эстафетами.
– Это очевидно, но так как мы с вами говорим в контексте проблем с сердечно-сосудистой системой, то здесь взаимосвязи я не вижу.
«У Стурлы есть потенциал — это факт»
– Интересная ситуация произошла со Стурлой Легрейдом. Он половину сезона не мог себя проявить, но после Олимпиады снова стал прежним Стурлой, который постоянно в медалях. С чем это связано?
– Наверное, об этом лучше спросить у самого Стурлы. Мне кажется, причина может быть в том, что спортсмен готовился непосредственно к Олимпийским играм, главному старту четырёхлетия. Если учитывать, что он достаточно серьёзно выступал на Кубках мира и на чемпионате мира, все эти старты могут не на 100% мотивировать спортсмена. Во всяком случае не так, как Олимпиада. Скорее всего, свою подготовку он строил с перспективой выступления в Антхольце, поэтому было достаточно невыразительное начало сезона, но уже к Играм мы увидели совершенно другого спортсмена, который взял несколько медалей. Пусть среди них не было золотой награды, но тем не менее пять медалей с одних Игр – фантастический результат. А что до той концовки, которую выдал Легрейд после Игр, завоевав восемь наград подряд… В свои идеальные кондиции, в лучшую форму он начал входить как раз на Олимпиаде.
– Многие после ухода Йоханнеса Бё отдавали лидерство Стурле, потому что последние несколько лет именно они между собой боролись за «Большой глобус». Стурла и сам говорил, что он первый среди обычных людей. Сможет ли он сейчас занять первую строчку, которую ему пророчили?
– В теории это возможно, но многое будет зависеть от того, согласны ли с этим утверждением другие ребята, в том числе и Эрик Перро, Томмазо Джакомель, Мартин Понсилуома, Себастиан Самуэльссон. Полно норвежцев, которые запросто могут забрать его позицию. Я уверен, что не только от Стурлы всё зависит… Но то, что у Стурлы есть такой потенциал – абсолютный факт.
– Вам не кажется, что лучшие годы Стурлы были как раз в тот момент, когда он боролся с Йоханнесом? А теперь подросло молодое и дерзкое поколение: Перро и Джакомель, которые тоже хотят откусить свой кусочек от наград.
– Всё течёт, меняется, молодёжь подрастает. Действительно, уже непросто становится с ними конкурировать. Но в то же самое время у Стурлы есть большое преимущество над молодёжью. Это опыт выступления на кубковых стартах, чемпионатах мира, Олимпиадах. Да, молодёжь тоже заматерела и набрала опыт, однако у Стурлы есть все возможности показать себя.
– Что интереснее для вас в биатлоне: когда есть гегемон вроде Бьорндалена, Йоханнеса Бё, Мартена Фуркада или когда есть плотная конкуренция и ты не знаешь, кто может оказаться на подиуме, как, например, сейчас?
– Интереснее следить за стартами, когда есть серьёзная конкуренция со стороны многих спортсменов. На мой взгляд, биатлон стал гораздо интереснее, нежели во времена того же Йоханнеса, когда он выигрывал по 10-12 гонок.
У каждого может быть своё мнение на этот счёт. Прелесть биатлона заключается в его непредсказуемости, динамичности, и высокая конкуренция со стороны спортсменов делает его ещё более привлекательной.
«Ожидать быстрого возвращения не стоит»
– С допуском россиян непростая история. Болельщики шутят, что с учётом отношения международных федераций последними до международных стартов допустят биатлонистов и легкоатлетов. Согласны?
– Не знаю, какими их допустят. Но, да, на сегодняшний день во главе IBU находится человек, который никогда не отличался лояльностью к нашей стране и большой любовью к нашим спортсменам. Поэтому ожидать быстрого возвращения не стоит. А с другой стороны, в этом году истекает срок его полномочий. С учётом устава международной федерации, думаю, с вероятностью 99,9% можно сказать, что он свой пост осенью оставит, ну если только не внесут изменения в устав. Сегодняшние правила не позволяют находиться во главе международной федерации одному человеку больше двух сроков. Мы ожидаем, что будет смена руководителя, и, вполне возможно, в связи с этим изменится и принципиальная позиция IBU по вопросу допуска российских спортсменов. Но, опять же, это предположение, потому что по состоянию на данный момент нет информации относительно тех кандидатов, которые будут бороться за позицию президента федерации.
– Как вы оцените шансы, что хотя бы до следующей Олимпиады, которая пройдёт в 2030 году, сборная России доберётся?
– До следующей Олимпиады ещё четыре года, поэтому всё может измениться. Мы же видим, как стремительно меняются события в последнее время. Сначала пандемия, потом – напряжёнка в международных отношениях. Кто его знает, что произойдёт за эти четыре года?! Но, конечно, хотелось бы, чтобы как можно скорее мы увидели наших спортсменов на международной арене.
– Я так понимаю, вы следите и за нашим биатлоном. Кто из наших ребят смог бы навязать конкуренцию иностранцам? Павел Ростовцев, например, сказал, что шесть спортсменов могли бы оказаться в топ-6 при идеальных условиях.
– Сложно сказать, что такое идеальные условия. Скажу так: есть много факторов, которые влияют на конечный результат. Сегодня без возможности напрямую конкурировать с лидерами мирового биатлона мы можем только строить догадки. Но есть ряд объективных факторов, по которым можно сравнить готовность и то, что показывают наши и иностранцы. Одним из таких факторов является скорость стрельбы или время пребывания на огневом рубеже. Для нас здесь, думаю, есть колоссальная точка роста. В последние годы мы видим фантастическую динамику в отношении скорострельности. Сегодня на Кубке мира, чемпионате мира и Олимпиаде как у мужчин, так и у женщин лидеры четыре рубежа стреляют за 1 минуту 30 секунд в среднем. И это не единичные случаи, а 10-15 человек, которые достаточно стабильно стреляют четыре рубежа быстрее 1 минуты 40 секунд. Я не знаю, как сейчас выглядит цифра статистики в России. Не на 100% в этом уверен, но предполагаю, что если у нас один-два человека способны так стрелять, то это уже огромный успех.
Например, в прошлом году мы проводили параллель во время чемпионата мира в Ленцерхайде. Был главный старт сезона в минских Раубичах. И видели очень серьёзное отставание в этом компоненте со стороны российских и белорусских биатлонистов. Возможно, за этот подготовительный период ситуация изменится, а тренерский штаб и спортсмены приложат достаточно усилий и уделят большое внимание этому компоненту и подтянутся. Но кажется, будет непросто.
– То есть будет такая же ситуация, как с нашими лыжниками? Им нужно было какое-то время для адаптации, и только потом пошли результаты.
– Вот вы затронули тему с лыжниками. Тот момент, о котором я сказал, – это помимо того, с чем они столкнулись. А есть ещё бесфторовые смазки, банально инвентарь, ведь сейчас есть проблема с его получением. У нас нет возможности пока оценить, насколько качественный инвентарь поступает в нашу страну, насколько он конкурентен с лучшими мировыми биатлонистами. Поэтому, ко всем проблемам, с которыми столкнулись лыжники, добавятся ещё и чисто биатлонные: скорострельность, время пребывания на огневом рубеже.
Всё-таки биатлон, в отличие от лыжных гонок, – это спорт, в котором очень важна психология. Всем нашим ребятам без исключения будет очень непросто вернуться на мировую арену, когда на трибунах десятки тысяч зрителей, а миллионы смотрят трансляцию. Значимость каждого старта увеличивается в десятки и сотни раз по сравнению с чемпионатом и Кубком России, к которым наши ребята уже привыкли. Объективно, в России, при всём уважении к ребятам, нет такой конкуренции, какая есть в мире. А высокий уровень конкуренции тоже уверенности в себе не добавляет, скорее, наоборот. Как в этих условиях справятся наши ребята, пока остаётся большим вопросом.
Конечно, станем надеяться, что будет всё хорошо, но не стоит ждать суперрезультатов сразу после возвращения на мировую арену. Скорее всего, потребуется продолжительное время, чтобы освоиться в этих, без преувеличения, новых условиях для наших ребят. Всё-таки прошло уже четыре года, и даже те, кто там выступал, забыли, каково это было. Для многих же это будет просто первый опыт. Как бы нам ни хотелось, чтобы этот период был коротким, на адаптацию потребуется продолжительное время.
«Хочешь бегать на хороших лыжах — выучишь и китайский»
– Савелий и Дарья довольно быстро влились в международную лыжную тусовку. Но многие российские спортсмены не учат английский язык, чтобы общаться со своими соперниками из других стран. Не возникнут ли у наших биатлонистов проблемы с вхождением в мировое комьюнити?
– Наверное, это зависит от индивидуальных особенностей каждого спортсмена, его умений, желания коммуницировать с другими людьми. Но то, что коммуникация всегда была важным элементом как во взаимоотношениях между спортсменами, так и в отношениях между спортсменами и производителями инвентаря и экипировки, это факт. На мой взгляд, это очень важный аспект деятельности профессионального спортсмена. Как это будет складываться после отстранения – поживем, увидим.
– Насколько для вас лично было важно общаться с иностранными соперниками и коллегами и помогал ли вам опыт общения?
– Расскажу такую историю. Когда я впервые попал в сборную команду России, будучи ещё юниором, и поехал на этап Кубка мира, я был очень удивлён тем, насколько Виктор Майгуров, который тоже был в команде, свободно говорит на немецком языке. Будучи пацаном, подошёл к нему и спросил: «Виктор, скажи, пожалуйста, как тебе удалось так здорово выучить немецкий язык?» На что он сказал гениальную фразу, которую я помню до сих пор. Ответ его был следующим: «Знаешь, Коля, если ты хочешь бегать на хороших лыжах, выучишь и китайский». Лучше и не скажешь (улыбается)!
– То есть нам всем сейчас нужно учить норвежский?
– Не думаю, что норвежский. Дело не в конкретном языке. Вы спросили, насколько это было важно для нас, а для нас это было жизненно важно. Потому что если ты хочешь бегать на хорошем инвентаре, нужно выстраивать коммуникацию. А выстроить её может только сам спортсмен персонально. Я в этом убеждён. Федерация может помочь, как и тренеры, менеджер, но личное отношение – это всегда гораздо больше, чем бизнес-отношения. Думаю, что в любой сфере это работает одинаково. Поэтому если ты владеешь языком, можешь разговаривать с людьми, то будешь с ними взаимодействовать, общаться, находить общий язык. А это всегда плюс в твою пользу!
Источник: www.championat.com
Комментарии