Женская сборная России по гандболу несколько лет была отстранена от международных турниров, но внутри страны кипела жизнь: Суперлига дарила зрителям зрелищные матчи, фавориты сменяли друг друга, росло новое поколение амбициозных игроков.
В 2026-м Россию вернули на мировую арену. О том, чего ждать от этого долгожданного события, есть ли пропасть между нами и Европой и почему молодые игроки стали более дерзкими, мы поговорили с серебряным призёром Олимпийских игр в Токио, вице-чемпионкой Европы и одним из ключевых игроков нынешнего состава сборной Антониной Санталовой.
«Молодое поколение — более дерзкое»
– Антонина, давайте начнём с вопроса о прошлом. В чём была главная сила сборной, которая взяла серебро Олимпиады в Токио?
– Безусловно, это подбор качественных, наигранных игроков и наличие очень талантливых людей. Это был взрослый, опытный состав. Те же Даша Дмитриева, Аня Вяхирева делали колоссальную работу на площадке. Все девочки были уже титулованными, наигранными. Это была не просто команда, взаимопонимание было на каком-то особенном уровне. Мы знали, кто куда побежит, кто что сделает в решающий момент. Даже если посмотреть на состав, самыми молодыми там были я и Лена Михайличенко, остальные – более мастеровитые и взрослые. Я думаю, за счёт этого и получился такой результат.
– А сейчас, когда нас возвращают, кто-то из молодых игроков, новых лиц реально способен показать себя на международной арене?
– Об этом сложно судить, потому что мы пока не можем сейчас себя там показать. Однако молодые талантливые игроки у нас, безусловно, есть. Сразу на ум приходит Варя Сёмина – очень талантливая и молодая даже по сравнению со мной. Но она не боится брать ответственность в сложные моменты, у неё светлая голова и гандбольное мышление. Это редкость в таком возрасте, когда игрок готов решать эпизоды, а не просто действовать по шаблону. Однако твёрдо и уверенно можно будет говорить о наших возможностях только тогда, когда мы наконец-то сыграем на международной арене.
– А в целом молодое поколение, которое подросло за время изоляции, отличается от вашего? И если да, то чем?
– Да, оно более дерзкое. Они выросли уже в других условиях, у них нет того опыта Еврокубков и больших турниров, который был у нас в их возрасте. Но при этом они очень хотят проявить себя, они амбициозные. Это подстёгивает и нас, более опытных, потому что мы видим этот голод. Думаю, когда мы все вместе выйдем на международный уровень, это сочетание опыта и молодой дерзости может дать интересный результат.
– Отстранение просто поставило нас на паузу или мы всё-таки в чём-то откатились назад?
– Не буду скрывать: нам сейчас сложнее, потому что не хватает игровой практики. Наша федерация очень старается, мы ей благодарны. Даже в период отстранения есть турниры, спарринги, игры. Это позволяет набираться опыта, однако все понимают: это не то, что было раньше. Международные матчи – это другой ритм, другая плотность, другая скорость принятия решений. Это невозможно смоделировать внутри страны. Поэтому, думаю, понадобится какое-то время на адаптацию, чтобы почувствовать тот уровень. Но я надеюсь, процесс будет недолгим: всё-таки у нас сохранился костяк игроков, которые знают этот уровень не понаслышке. Думаю, мы быстро всё вспомним и войдём в ритм.
– Значит, первые международные турниры станут адаптацией, а главная задача – не провалиться?
– Не мне ставить цели и задачи, это работа тренерского штаба и федерации. Но я думаю, в любом случае первое время нам нужно будет просто поиграть и понять, на каком мы уровне, над чем надо работать. Наша задача как игроков – быть готовыми физически и ментально, а выводы будут потом.
– Не будет ли шока, когда после такой длинной паузы сборная вернётся на международный уровень?
– У нас? Нет, я не думаю. Шок будет только от радости. Мы достаточно долго были в отстранении, все это знают, все ждут реального возвращения. Мы часто говорим об этом между собой, каждая из нас представляет момент, когда снова наденет форму сборной и выйдет под гимн. От этих мыслей мурашки по коже. Так что будут только положительные, долгожданные эмоции. Никакого негативного шока не должно быть.
«Нет ощущения, что между нами и Европой — пропасть»
– Вы следите за международным гандболом, пока нас нет на крупных турнирах? Смотрите Лигу чемпионов, чемпионаты Европы или мира? Какие мысли это вызывает?
– Да, по возможности смотрю. С профессиональным интересом. Не могу сказать, что сижу и страдаю, что нас там нет. Скорее, анализирую, что изменилось, кто как двигается, какие новые связки появились. Да, игра ушла вперёд по скоростям, стало больше быстрых переходов, более агрессивная защита. Но когда я смотрю на топ-матчи, у меня нет ощущения, что между нами и Европой выросла пропасть. У нас есть игроки, которые по своим качествам соответствуют этому уровню.
– Наша женская Суперлига – это достаточно жёсткая среда, чтобы расти и готовиться к международным турнирам?
– Безусловно, происходит обновление: кто-то из опытных игроков заканчивает, приходят молодые, составы варьируются. Однако жёсткость никуда не делась. Взять хотя бы наши спарринги с «Ростов-Доном» – все видят, что это максимально жёстко, сильно, эмоционально. Эти матчи – настоящая битва, никто не жалеет ни себя, ни соперника. Это по-настоящему закаляет характер. И не только с «Ростовом», в чемпионате много сильных, быстрых, жёстких команд. Возможно, где-то мы в чём-то и просели, но исключительно из-за нехватки игровой практики. Твёрдо утверждать я не могу – не с чем сравнивать. Когда нас допустят, тогда и можно будет точно сказать.
– Какой самый важный вывод о нашем гандболе вы для себя сделали за время изоляции?
– Поначалу было сложно найти в этом что-то положительное, да и мало этого, конечно. Однако нужно было найти силы смириться, не отрицать ситуацию. Главный вывод: изоляция – не повод расслабляться и думать, что на этом всё. Наоборот, нужно каждый день себя мотивировать тем, что скоро наступит день, когда это закончится, и надо быть в хорошей форме. Я научилась ценить каждую возможность играть, даже если это товарищеский турнир. Когда вокруг только разговоры о возвращении, начинаешь больше копаться в себе, в своей игре, и это помогает расти индивидуально. В качестве плюса – появилось чуть больше времени на семью. Пока мы дома чаще, но все понимаем: когда изоляция закончится, такого количества времени дома уже не будет.
– Вам самой комфортнее было в плотном графике с Еврокубками или сейчас, когда больше времени для семьи?
– Когда были Еврокубки и сборная, у меня ещё не было семьи. Мне было абсолютно комфортно, это моя работа, я её люблю. Мы жили от игры к игре, от перелёта к перелёту, и это был настоящий драйв. Теперь у меня есть семья, однако для профессионального спортсмена это не проблема. Всегда можно найти гармонию, чтобы было время и на близких, и на карьеру. Мне и сейчас комфортно, и я уверена: когда всё откроется, мне тоже будет очень комфортно. Я скучаю по тому ритму и, думаю, с радостью в него вернусь.
– Если бы вас сейчас попросили обратиться к болельщикам, которые ждут возвращения сборной, что бы вы им сказали?
– Я бы сказала: «Спасибо, что ждёте. Мы чувствуем вашу поддержку даже через экраны. И обещаю: когда мы вернёмся, мы сделаем всё, чтобы эти годы ожидания того стоили». Знаете, когда на трибунах видишь полные залы на наших играх – это дорогого стоит. Это значит, что гандбол жив, что он нужен не только нам, но и другим людям. И мы вернёмся не просто доигрывать, а бороться за самые высокие места. Мы все очень соскучились по гимну, по флагу, по тому чувству, когда ты выходишь и знаешь, что за тобой целая страна.
Источник: www.championat.com
Комментарии