По случаю выхода «Родины» в РПЛ в гостях у «Чемпионата» побывал Алексей Зинин, главный операционный и спортивный директор клуба. В российском футболе Зинин — фигура известная: работал в «Спартаке», «Краснодаре», «Локомотиве», сотрудничал со многими русскоязычными владельцами клубов по миру. Разговор получился очень содержательным и познавательным. Для удобства читателей мы тематически разделили трёхчасовую беседу на две части.
О чём расскажем в первой части:
-
Как «Родина» проделала путь от создания до Премьер-Лиги за семь лет -
Как в Россию попали Артига и Диас -
Как делаются трансферы в «Родине» -
Ждать ли в «Родине» Дзюбу и Кокорина
Как «Родина» проделала путь от создания до Премьер-Лиги за семь лет
— На какой год был запланирован выход в РПЛ в «бизнес-плане» при старте проекта «Родины»?
— Мы долго обсуждали с Сергеем Александровичем Ломакиным идею вхождения в какой-то российский клуб, рассматривали разные варианты, но в итоге 30 июня 2019 года оперативно приняли решение, что со следующего дня запускаем с самых низов свой клуб. Сергей Александрович вообще любит развивать собственные проекты, строить их чуть ли не с нуля. Оставалось 17 дней до старта сезона в ПФЛ, и на тот момент у нас не было ни поля, ни инвентаря, ни команды, ни персонала. Было только понимание, что тренировать позовём Дениса и Александра Лактионовых. Тогда мы хотели года два заниматься больше социально-исследовательской работой, основной задачей было взять воспитанников академий, оказавшихся нетрудоустроенными в футболе, попробовать дать им специфический сверхсовременный тренировочный процесс, развить игровые качества и посмотреть, что из этого получится. На первую тренировку «Родины» успели наскрести около 30 просмотровых игроков, некоторых из них чуть ли не с улицы набрали. Среди них был скромный парнишка из ФШМ-2, который впоследствии стал легендой «Родины» и вместе с ней вышел в РПЛ. У него уже давно больше сотни матчей за «Родину», и в честь него у нас даже создан «Клуб 100 имени Георгия Юдинцева», в который сейчас также входят Митя Крижан, Ваня Тимошенко и Астик Гордюшенко. С первого дня в «Родине» по сей день играет Хабиб Абдусаламов, являющийся воспитанником ранее созданной Сергеем Александровичем академии, с первой недели в команде Серёжа Айдаров, главный хранитель наших традиций.
После двух лет «социально-воспитательной» работы мы поставили спортивную задачу и с первой же попытки её решили – вышли в Первую лигу. В первом сезоне хотели дать проявить себя там футболистам, которые были с нами в ПФЛ. Добавили несколько ребят, включая Ваню Тимошенко, который тоже играл в ПФЛ (всего получилось 16 дебютантов), и весной, ко всеобщему удивлению, залезли в зону стыков. Если бы мы тогда их выиграли и вышли в РПЛ, это было бы очень сильное опережение графика и всего на свете. У нас не было ни базы болельщиков, ни инфраструктуры – ничего, кроме жажды двигаться вперёд, любви к футболу и коллектива единомышленников.
А прошедший сезон был вторым, когда мы действительно по-настоящему ставили задачу подняться в Премьер-Лигу. У нас появились болельщики – мы проделали очень большую работу по их привлечению. Нам точно не будет стыдно в РПЛ. На нас будут ходить, аудитория растёт быстро.
— За счёт чего?
— У нас есть масштабные проекты «Родные игры» и «Родные таланты». Мы проводим самые массовые турниры для школьников в Москве. У талантливых ребят есть реальные шансы попасть в академию «Родины».
Наш клуб активно работает с блогерами, подписали контракт с известным позитивным парнем АртПо – это привлекает подрастающее поколение на наши матчи. Мало кто задумывается, но в обозримом будущем эти ребята станут взрослыми юношами, в которых уже будет посеяна любовь к «Родине».
Есть также и взрослые люди, которые сами где-то увидели футбольный клуб «Родина», заинтересовались и теперь с нами. Мне кажется, всё произошло в нужное время. Сейчас мы, на наш взгляд, заслуживаем играть в Премьер-Лиге.
— Всё идёт довольно гладко: поставили задачу выйти в Первую лигу – вышли, захотели в РПЛ – сделали. Почему всё так хорошо?
— У нас суперский коллектив, начиная с ключевого инвестора и заканчивая самым молодым администратором «Родины-3» Филиппом. Мы живём общей целью, дорожим клубом и друг другом. При этом в РПЛ мы всё-таки вышли не с первой, со второй попытки. Такая же задача стояла и во времена Франка Артиги – тогда мы набрали одинаковое число очков с тульским «Арсеналом», но по личным встречам в стыки прошли туляки. Однако в том сезоне мы потеряли 12-14 очков из-за официально признанных судейских ошибок. Но даже с учётом плохого судейства мы всё равно могли бы заскочить в стыки, если бы сработали идеально. Тот опыт нам пригодился, мы взяли из него ключевые вещи и перенесли на этот сезон.
— Даже когда после шести туров «Родина» шла в зоне вылета, уверенность в выходе в РПЛ не покидала?
— Было чёткое понимание, что с тем составом, который мы собрали, мы точно сможем наверстать отставание. После не получившейся предсезонки важно было добрать объём нужной работы и улучшить эмоциональный фон. И уже через три недели, в том числе благодаря усилиям временно исполняющих обязанности Барсега Артёмовича Киракосяна и Александра Александровича Димидко, мы набрали нужные обороты. Это люди из структуры клуба, которые пропитаны нашими ценностями и принципами работы. Под их руководством команда прошла отрезок с 4-го по 8-й тур, ни разу не проиграла и одержала две крупные показательные победы подряд над «Торпедо» и «Нефтехимиком». Достаточно быстро укрепилось понимание, что мы на правильном пути. Важно было всё лучшее бережно передать новому испанскому тренерскому штабу под руководством Хуана Диаса. Получилось органично. Да, ушло какое-то время на притирку, но к весенней части сезона уже вся структура заработала как единый механизм.
— А что пошло не так у Зельковича?
— Зоран – качественный и достойный тренер. Просто тренер должен верить в команду, в игроков, в клуб. Если по какой-то причине этого не происходит, ничего хорошего не получится. Зорану могу сказать только слова уважения – он это почувствовал и решил, что лучший вариант – уйти и возглавить другую команду. Мы нормально расстались.
— Артём Мещанинов говорит, что сейчас атмосфера в команде уникальная: никакого пихача, всё по-взрослому.
— К такой семейной атмосфере мы всегда и стремились. Без сильного единого коллектива никогда ничего не выиграешь! Каждый человек команды должен быть счастлив от того, где он находится. Нам близка дисциплина, которая идёт от сердца и души. И, самое главное, мы едины, у нас нет разделения «по этажам».
— Приведёте пример?
— После победы над «Уфой» мы с командой пошли в ресторан. Под конец вечера из игроков остались Ваня Тимошенко, Сиссоко, Руслан Фищенко, Артур Гарибян. И вот Сиссоко сидит и улыбается, я спрашиваю: «Сиссо, ты чего?» Он отвечает: «Да у меня ни разу в карьере не было такого. Обычно директор клуба сидит где-то наверху, его не видно, а вы всегда с нами. В Хабаровске, на тренировках, в дождь, в слякоть – неважно где».
Каждый в нашем коллективе чувствует себя ответственным за общее дело. И я, хоть и могу спросить с каждого, не стремлюсь быть для них руководителем, скорее – человеком, который хочет их понимать. И нынешний тренерский штаб тоже следует этой философии. Мы живём в разгар XXI века. Сегодня важнее мотивировать и корректировать, чем заставлять и запугивать.
— Вас игроки в Туле качали, как только стали чемпионами. Вы же чемпионский кубок поднимали первым, хотя обычно это делает капитан. Какая-то уникальная история.
— Да, качали, и меня, и Хуана, я бы тоже каждого из ребят качал. А кубок мы вместе с нашим харизматичным капитаном Тёмой Мещаниновым поднимали. Я должен был донести кубок до команды и отдать ему, но, видимо, для ребят это была какая-то важная история, и они начали кричать: «Николаевич, поднимайте!», да и Артём не спешил забирать кубок у меня. У нас действительно нет разделения. И было бы абсолютно нормально, если бы первым кубок поднял любой из нас, например, старший администратор Леонид Шульгин, или доктор Юрий Куклин, или массажист Курбаныч, который в свои 67 лет фору даст каждому.
Футболисты всегда могут обратиться по любому вопросу, будь то быт или семья, – мы внутри команды постараемся всё решить. Если не получится — попрошу помощи у Сергея Александровича.
Как в Россию попали Артига и Диас
— В первое время «Родину» тренировали известные бывшие футболисты. Есть в этом какая-то закономерность, стратегия?
— Это были не просто известные в прошлом футболисты, а топовые экс-игроки, наделённые глубоким пониманием особенностей построения комбинационного доминирующего футбола. На начальной стадии развития клуба нам было важно, чтобы игроки, которых мы собирали чуть ли не с улицы, видели и ориентировались на них.
У нас и сейчас работает Роман Анатольевич Павлюченко, который, например, ментально и тактически курирует нападающего Магомедхабиба Абдусаламова, Ваня Тимошенко больше взаимодействует с Владимиром Евгеньевичем Бесчастных. Очень интересно, когда тренер может рассказать футболисту о своём опыте. Это сокровенный, особый язык, и он будет услышан. Однако мы не берём тренеров только за имя и наши дружеские отношения. Большое количество известных экс-футболистов просятся к нам, но нам нужен не раздутый штаб, а люди с определённым набором компетенций.
— У Дениса Бояринцева самый большой процент очков за игру из тренеров «Родины». Он говорил, что не сработался с руководством, союз не получился. Почему?
— Смена тренера — неминуемый процесс любого клуба. Считаю, что рабочий союз с Денисом Константиновичем получился, поскольку был достигнут запланированный результат. Изначально было понимание, что мы приглашаем тренера для решения задачи в ПФЛ. У нас был контракт исключительно на год без всяких опций продления. Мы честно отработали тот год, решили задачу – контракт закончился. Мы расстались победителями.
Все наши решения на том этапе себя оправдали. Мы позвали Дениса Бояринцева и Михаила Белова, чтобы уверенно выйти в Первую лигу, а затем – Дмитрия Парфёнова и Юрия Ковтуна, у которых на тот момент опыта было больше, чтобы качественно там дебютировать.
— А был на том этапе тренер, которого очень хотелось, но не получилось пригласить?
— Года два назад мы приглашали Срджана Благоевича, с которым у меня имелся опыт успешной работы в венгерском «Дебрецене», но из-за большого разрыва между финансовыми пожеланиями тренера и нашим предложением приход тренера не состоялся (Благоевич несколько дней назад возглавил «Акрон». — Прим. «Чемпионата»).
До «Родины» я лет 10 занимался стратегическим футбольным консалтингом: подбор игроков и тренеров для команд высших дивизионов разных стран. И могу точно сказать, что выбор тренера – самая сложная футбольная наука, в которой всегда есть место лотерее. Ты можешь всё проанализировать, но каждый раз всё рискует сложиться иначе. Можно пригласить и Моуринью, но он придёт без должной мотивации, провалит работу и потребует неустойку, которая ударит по клубу. Бывает, качественный многоопытный специалист не срабатывается с игроками, а бывает так, что начинающий тренер просто позитивный, ничего лишнего не делает – и команда выстреливает, как у Хиддинка.
В своё время я общался с Хиддинком, и он про себя сказал: «Длительная, системная работа – не для меня. Я пришёл, наладил атмосферу, расставил игроков, и всё нормально».
У Сергея Александровича есть понятие «вкусный футбол». Футбол должен приносить радость, а если команда 90 минут сушит игру – это не то. Далеко не каждый, даже сильный тренер создан для «вкусного футбола».
— Затем ставка делалась больше на иностранных специалистов и даже тех, кого в России на момент назначения в «Родину» не знали. Например, как нашли Артигу?
— Выбор любого тренера – комплексная работа с Сергеем Ломакиным. Он достаточно давно живёт за границей, глубоко погружён в зарубежный футбол. Сергею Александровичу импонирует испанский футбол и тренерская школа. С некоторых пор его взор остро направлен на этот рынок. В следующем сезоне в РПЛ будет три испанских тренера, прошедших систему клубов Сергея Ломакина: Карседо, который возглавлял «Пафос», Артига, работавший в Эмиратах и «Родине», и наш Хуан Диас. Анализируя рынок испанских тренеров, мы стали понимать их сильные стороны и те аспекты их работы, которые в России не действуют. Было важно учесть это и не сделать глобальных ошибок. Российский футбол гораздо более силовой, чем испанский – там в базе заложен контроль мяча в опорной зоне, розыгрыш длинных и сложных комбинаций, за что в России могут серьёзно наказывать. Это тоже нужно было сбалансировать.
— Из последних испанцев в России сразу приходит на ум Роберт Морено. «Монако», сборная Испании, а в Первой лиге с «Сочи» – ничего.
— Так это классический пример. На момент приглашения Хуана Диаса мы проанализировали более 10 испанских тренерских бригад в российском футболе, у которых не получилось выстрелить. Иностранцы из тёплых западных стран очень отличаются от нас ментально – другой уровень стрессоустойчивости, понимания всего, что происходит в команде, другой футбол. Испанскому тренеру важно не приходить в российскую реальность со своим уставом, принципами – это не сработает, если не заложить определённый фундамент в виде понимания наших нюансов и процессов. Те же предсезонки у нас и у испанцев отличаются кардинально. Хуан в этом плане молодец, был открытым, стал важной частью всего процесса, услышал все важные принципы и уже на них положил испанскую философию.
Морено считается тренером прогрессивных тактических взглядов. Но во взаимоотношениях с русским человеком самое важное – достучаться до его души. Давным-давно Валерий Георгиевич Газзаев сказал: «Футболист играет за свой клуб, за своё имя, за семью за зарплату, за премию, за статус, но также он играет за главного тренера. Если главного тренера не боятся или не любят – должно быть хотя бы что-то одно, – добиться успеха будет трудно». В «Сочи», как говорят игроки, качественный тренер был сам по себе, а команда и её жизнь – сама по себе. К тому же испанцы, как правило, никогда прямо не говорят о недочётах в команде, которые нужно исправлять.
— Боятся обидеть?
— Да. А нашему человеку гораздо лучше сказать вещи, которые не устраивают, глядя в глаза. Для иностранца это будет шоком.
— Диас, в отличие от Артиги, не работал ни в одном из клубов в системе Ломакина. Как нашли его?
— Карседо, который сейчас возглавляет «Спартак», пришёл из системы «Севильи» в наш партнёрский клуб «Пафос». Опыт Карседо и общение с ним показало, что это интересное направление – взять тренера из структуры «Севильи». С одной стороны, есть опыт испанской школы, с другой, это более прикладная составляющая для российского футбола. Ряд рекомендаций от знакомых вывел Сергея Александровича на Хуана Диаса, и по итогам уже нашего совместного общения сложилось приятное впечатление – у человека горели глаза, он ждал нового вызова и хотел работать главным тренером на уровне решения серьёзных задач.
— Диас быстро «понял русскую душу»?
— Мы со всех сторон окружили Хуана заботой и теплотой и в постоянном общении ему помогали во всём разобраться, дали огромное количество важной информации о наших игроках. И есть ещё много факторов, включая такой. Сергей Дмитриев был вице-капитаном «Родины», когда мы выходили из Второй лиги в Первую. Он суперский человек и понимает все ценности клуба, нашу ментальность, все процессы. Серёжа, успевший в юности поиграть в Испании, стал не просто переводчиком, но и опорой, транслятором ценностей. Да и мы с Хуаном общаемся чуть ли не каждый день по всем деталям тренировочного процесса, матчам, игрокам и оргвопросам. В процессе притирки мы хорошо научились понимать друг друга. Есть вещи, от которых его нужно уберечь, что-то взять на себя, особенно это касается трудных ситуаций.
У нас сильный аналитический центр, который располагает большим количеством данных по всему российскому футболу и нашей команде. Мы совместно с аналитиками Павлом Русановым и Алексеем Сидоровым максимально оперативно даём испанскому тренерскому штабу ключевую информацию по соперникам, которых мы в ФНЛ знали досконально, со всеми рекомендациями. Это комплексная работа, где каждый знает свою роль.
— Раз в неделю точно появляется комментарий эксперта, который утверждает, что иностранные тренеры не нужны. В чём их преимущество перед российскими?
— Могу согласиться с некоторыми экспертами, ведь многие зарубежные тренеры – необоснованный выбор. Другое дело, что у нас тренерский мир очень ограничен. После ухода поколения Романцева, Газзаева, Сёмина, Бердыева, Долматова, Садырина, Бышовца, Байдачного и так далее вакуум не был заполнен.
По большому счёту на протяжении многих лет российских специалистов обучал один человек, который на совесть построил систему подготовки тренеров. Но эта система вызывает вопросы у современного футбола. А ведь интересно привносить что-то новое, есть технологии и так далее – очень много вещей, которыми сегодня можно удивить большинство российских тренеров. Наши люди порядочные, и тренеры интересные, но живущие в закрытом мире. Трудно спорить с тем, что испанская тренерская школа – самая сильная в мире, ведь они всё выигрывают в последнее время. Чемпионы на всех уровнях. Приглашение испанского или, например, итальянского тренера – не гарантия успеха. Но появляется возможность взаимного обогащения знаниями.
— При ваших приятельских отношениях со Слуцким никогда не задумывались пригласить его в «Родину»?
— Нет, потому что знаю, чем Леонид Викторович живёт, дышит и какие у него взгляды. Мы зимой встречались в Дубае: Слуцкий, Сергей Александрович Ломакин с супругой и я. Разговаривали о жизни, о футболе. Понимаю, какие тренерские возможности у Леонида Викторовича, понимаю, куда и как он смотрит (не в Россию). Знаю, куда смотрит наш клуб. Пока проекции наших взглядов не пересекаются.
Как делаются трансферы в «Родине»
— Какие неожиданные повороты были в «Родине»?
— Множество. Ну вот например… Давным-давно, когда мы были ещё во Второй лиге, я в предсезонке зашёл посмотреть тренировку «Балтики» при Калешине. И Тёма Мещанинов там очень выделялся своими лидерскими качествами, надёжностью и уверенным правильным подсказом. И вот прошло время, Тёма был в «Сочи» в РПЛ, а тут пришла информация, что его можно бесплатно оттуда забрать. Мы с Мещаниновым созвонились, а он уже чуть ли не чемоданы для перехода в «Химки» собрал. Надо было как-то спасать ситуацию, и я ему предложил: «Тёма, прилетай с нами познакомиться, посмотришь команду, коллектив, уверяю, тебе понравится. По билету сейчас решим».
И он тут же прилетел к нам на сборы. Сразу попал на футбольный матч руководства и на пикник. Мы всем штабом пошли в гости к Артиге на паэлью (у Франка семья тогда жила в Дубае). За сутки жизнь Артёма изменилась кардинально, а мы со временем получили капитана, который к тому же постоянно учится и работает над собой.
Если с Тёмой всё произошло стремительно, то были случаи и наоборот.
— Какие?
– У нас сейчас есть ряд футболистов, о приобретении которых я когда-то начал мечтать, но понимал: до них так просто не дотянуться. Предпринимал попытки, получал отказ и снова ждал, когда наступит благоприятная возможность. И через одно-два-три-четыре трансферных окна они приходили один за другим. Потихоньку пазл складывался. Ваня Тимошенко был как раз на сборах «Рубина» Слуцкого, и мы наконец-то смогли его убедить оттуда приехать в «Родину». Это пример футболиста, который на каком-то этапе был выше уровня клуба. Не знаю, какая это была по счёту попытка – третья или четвёртая. Руслан Фищенко был для меня футболистом-мечтой, таких качеств в Первой лиге нет ни у кого.
— Вы сравнивали его с Барриосом.
— Часто вспоминаю, как мы подписали Руслана в «Родину». Дело в том, что я почти каждый день проезжаю мимо того места, где находился в тот момент, когда мне позвонил Шамиль Газизов – тогда гендиректор «Уфы» – и сказал, что принимает наше предложение в размере шести миллионов рублей. Вот каждый раз, проезжая то место, вспоминаю звонок Шамиля Камиловича.
На Андрея Егорычева я всегда смотрел и понимал, что рано или поздно этот футболист будет в команде, в которой работаю. «Родина» тогда вообще была во Второй лиге, а Егорычев играл за «Урал» в РПЛ. Но в итоге, спустя годы, Андрей тоже оказался у нас. До сих пор помню, какой сок мы пили, как играли его дети, помню выражение глаз его жены, когда у нас проходили финальные переговоры.
Деньги имеют значение, и у нас достойные зарплаты, но каждый раз футболисты приходят к нам за чем-то большим.
— Как убедили Егорычева?
— Андрей пришёл в коллектив, где ему комфортно. Ключевая история, о которой многие забывают: человек всегда хочет быть счастливым. Игрокам для этого нужно быть счастливыми в футболе. Я обещал: «Андрюша, приходи, будешь играть в футбол, который доставляет тебе удовольствие, и мы вместе будем творить историю. Мы решим задачу, ты проведёшь самый счастливый футбольный год в жизни». Он согласился. У нас все футболисты – идейные. Мы жили совместной мечтой выйти в РПЛ, игроки — с «Родиной», а «Родина» — с этими игроками.
— По фамилиям ещё пройдёмся, но интересно узнать, как устроена скаутская сеть «Родины».
— У нас в профессиональных командах «Родины» как таковых скаутов нет. Сам занимаюсь селекцией в постоянном режиме и получаю огромное удовольствие. Сегодняшний футбольный мир максимально прозрачен, вся информация в открытом доступе, и уже нет необходимости кого-то куда-то посылать лететь или ехать, чтобы посмотреть какой-то матч игрока. Каждую неделю приходит огромное количество вспомогательной информации, позволяющей оперативно мониторить рынок. К тому же Первая и Вторая лиги не такие большие, и отслеживать их не сложно. То же касается и легионеров, готовых ехать в Россию в тот небольшой финансовый диапазон, который есть у «Родины». На данном этапе жизнедеятельности клуба нет необходимости в многоступенчатых построениях.
Тем более у нас есть сильные аналитики наших команд, и если мне нужна помощь, особенно когда агенты присылают большой объём игроков, – подключаю Алексея Сидорова и Павла Русанова, и они дают мнение, стоит ли мне смотреть того или иного игрока и на какие плюсы и минусы обратить внимание (сейчас в день я даю им на просеивание до 20 легионеров и обратно получаю от них двух-трёх, которых изучаю досконально). Кстати, Лёшу с Пашей помог отыскать и обучить Михаил Гончаров – кстати, экс-сотрудник «Чемпионата», которого я привёл в мир аналитики в первую неделю создания «Родины».
Есть ещё большая статистическая база, всё это в совокупности и помогает находить решение по игрокам. И это решение на финише обсуждаем с Сергеем Александровичем.
— Вы сказали, что ключевые решения по трансферам принимаете вы, согласовывая с Ломакиным. А какую роль в этом играет главный тренер?
— В ходе сезона идёт постоянное общение с главным тренером по всем нюансам игры, состава, тактики, игровых качеств команды, и к началу любой трансферной кампании по итогам этого общения и объёмного внутриклубного анализа формируются наши кадровые потребности. Далее работа клуба — заниматься трансферами, удовлетворяющими эти потребности, и держать тренерский штаб в курсе, а работа главного тренера — готовиться к старту предсезонки.
Всеобщая убеждённость, что селекцией должен заниматься исключительно тренер, — это какая-то странная история, особо культивируемая в России. Со временем мы от этого обоснованно ушли, хотя единичные трансферы «по просьбе тренера» всё равно иногда свершаются.
— Объясните?
— Насколько бы качественно клуб ни подбирал тренера, у того всё равно есть свои особенности и специфические взгляды на жизнь, он сосредоточен на своей локальной задаче, ему трудно думать о глобальной стратегии в целом, у него нет времени на изучение сторонних игроков и так далее. Если каждый раз опираться на взгляды тренеров, которые бывают быстропеременчивыми, это может бросать клуб из крайности в крайность.
Если бы мы опирались лишь на мнение того или иного нашего тренера, из нынешнего состава «Родины» любой футболист, за единственным исключением, был бы отчислен. Есть философия клуба, которую мы определили с Сергеем Александровичем. Она очень объёмная и детализированная, в том числе в разделе «принципы комплектования». И вот этой философии мы придерживаемся.
Тренеры приходят и уходят, а игроки и философия остаются с командой надолго. Если слепо идёшь на поводу у тренера, в команду придёт футболист, который затем может оказаться невостребованным и стать обузой команде на несколько лет. Это самая сложная история – футболист, которого позвал тренер. Но тратится на него клуб. Да и потом, брать игроков и тренировать игроков – это две разные профессии.
Да, есть Романцев, Газзаев, Сёмин, Бердыев, которые своими результатами и репутацией показали, что у них была работающая философия. Будучи на пике своей карьеры, они заслужили, чтобы непосредственно под них в их времена и с их участием подбирались футболисты. В современном же мире, когда футболисты обретают большую финансовую ценность, когда происходит колоссальная текучка тренерских кадров, а специалистов уровня Фергюсона и Гвардиолы не так много, почему каждый раз нужно подстраивать клуб под какого-то конкретного специалиста?
В середине 2000-х я был на стажировке в топ-клубах Италии. На тренировке «Интера» человек 30. Думаю: «Как такое возможно?» Пообщался с Эктором Купером, который тогда их тренировал, и он ответил примерно следующее: «Всё просто. Приходит тренер и говорит, что команда никуда не годится. Набирает новых игроков, что-то складывается не так, проходит пять туров – его отправляют в отставку. Трансферное окно ещё не закрыто. Приходит следующий тренер и говорит: «Кого он набрал? Я с этими футболистами точно не смогу ничего сделать». И берёт ещё человек восемь». Все эти люди приходят на большие контракты, а потом уволили и этого тренера. Пришёл Эктор Купер, и ему тоже нужны футболисты. А всех этих куда девать? У них контракты на три-четыре года, тренировать их нужно. И только потом, когда «Интер» стал больше ориентироваться на себя, нежели на тренеров, наступила другая жизнь.
И обратный пример – «Милан» того времени. Там мне рассказали историю. Арриго Сакки был очень авторитетным и статусным тренером. В какой-то момент он пришёл к Галлиани и потребовал, чтобы ван Бастена убрали из команды. Галлиани ответил: «Спасибо за работу, дорогой Арриго Сакки. С вами свяжется финансовый директор по вопросу расторжения вашего контракта».
Нам, как и всем командам нашего партнёрского пула (все в минувшем сезоне выиграли трофеи), близка философия, которая применялась в своё время в «Милане». Другое дело, что мы, конечно, не так радикальны и очень много времени проводим в позитивном общении с тренерами.
— Действительно, в России частая история, когда команду собирает тренер.
— Очень важно на берегу, до подписания контракта, обговорить правила взаимодействия и зоны ответственности. Потом, тренер тренеру рознь. Клуб клубу — тоже.
Если, например, куда-либо приходит Андрей Талалаев, роль клуба может стать меньше. Подавляющее большинство футболистов, которые заиграли в той же «Балтике», полагаю, изначально просто не попали бы в команду Премьер-Лиги, если бы решение было за клубом. А Андрей Викторович их почувствовал, взял. Поэтому, если ты приглашаешь такого человека, как Талалаев, важно определиться, доверяешься ты ему или нет. Если нет и потом пытаешься его жёстко контролировать, давать даже более статусных, но ненужных ему игроков, как было в завершающей стадии в «Химках», это может привести к обратному эффекту. Но у большинства тренеров не такие ярко выраженные стилистика и характер. Многие просто не доказали, что их методика работает везде. Вполне естественно, что клуб несёт ответственность за приобретение игроков, ведь клуб платит за них и платит им зарплату.
Сейчас при выборе футболиста мы ориентируемся на то, чтобы он соответствовал философии клуба, обладал необходимыми для его позиции качествами, был носителем определённых моральных ценностей.
Ждать ли в «Родине» Дзюбу и Кокорина
— Что за моральные критерии – каким человеком должен быть потенциальный футболист «Родины»?
— Если есть какие-то белые пятна, всегда очень важно пообщаться с футболистом и проговорить их. По итогам общения часто становится понятно, твой это человек или нет. Как правило, мы всё чувствуем правильно, хотя совсем без промахов не обходится. С другой стороны, есть закон групповой динамики, и согласно ему хотя бы один человек всегда будет выпадать из коллектива. Даже если изначально всё идеально. Важно, чтобы даже при больших амбициях футболист дорожил командой сильнее, чем любил себя. Если человеком движут исключительно деньги, если он начинает рассказывать какие-то…
— Свои заслуги?
— Заслуги – ладно, они в открытом доступе. Не буду кандидатам в нашу команду подсказывать, чего не стоит говорить (смеётся). Но важно, как человек ощущает себя в мире футбола, в команде.
Бывает, интересно спросить, как у футболиста дела на личном фронте. У Сергея Александровича пятеро детей, у меня четверо. И игроки у нас почти все женаты. Например, в том году родилось целых 16 детей на всю команду. В этом году, вполне возможно, перебьём эту цифру – и двойни уже на подходе. Артур Гарибян – наш футболист 2006 года рождения. Человеку 19 лет, и он уже помолвлен – вот на днях сделал своей девушке предложение. У нас уже почти не осталось холостых (улыбается). У меня вот сейчас был свадебный марафон: 30 мая – летал в Тольятти к Тёме Максименко, 31-го – в Ингушетию к Солтмураду Бакаеву и 2 июня – в Красногорск к Руслану Фищенко. Следом у Стаса Бессмертного и Мити Крижана ещё были свадьбы. Перед началом этого периода у Тёмы Сокола родился ребёнок, а в этот промежуток ещё и у Серёжи Волкова.
Мы с командой в трудный момент сезона взяли большой ватман, и каждый написал имена своих близких: жён, детей, матерей, отцов. И этот плакат всегда ездил с командой, на матчах мы его вешали в раздевалке рядом со схемами стандартных положений, и каждый подходил, смотрел на этот плакат, и это добавляло сил: выйти играть за своих близких и доставить им радость нашей предстоящей победой!
— Перед этим сезоном вы были довольны составом?
— Был удовлетворён, верил и держался за него. Нельзя сказать, что нам кого-то не хватило, – может, даже где-то перебрали. Мы сторонники того, чтобы к закрытию трансферного окна в команде, если она выступает только в одном турнире, было 20 полевых футболистов – по два на каждую позицию. Клуб должен уважать тренера, а управлять слишком большим коллективом – очень трудно. Игроки, в которых мы верили, выстрелили и дали результат в прошедшем сезоне. Но есть два важных для нас игрока, которые, к сожалению, не смогли себя реализовать в рамках этой кампании.
— Кто это?
— В первую очередь Астемир Гордюшенко. Он наша легенда, наша гордость, три года подряд был лучшим вингером Первой лиги. Уважение к нему огромное у всей команды, он очень ответственный, настоящий, профессиональный. Но в этом сезоне чуть изменилась стилистика и… Сложно объяснить, по крайней мере, публично. Астемир очень много работает, но получилось так, что в этом составе он не смог быть так полезен, как прежде. Астик и сам очень не удовлетворён собой, хотя у нас к нему претензий нет – мы все его поддерживаем. Надеюсь, в новом сезоне Астемир вернётся на свой уровень.
— В «Родине» или уже в другой команде?
— От него зависит. Мы точно не намерены с ним расставаться. К Астику есть большой интерес от добротных команд Первой лиги. Они точно достойны, чтобы Астемир их рассмотрел. Мы живём не в рабовладельческом строе, а у футболиста одна жизнь и одна карьера. И он должен провести это время счастливо, будучи уверенным, что каждые полгода его карьеры проходят правильно и на пользу. Если игрок, недополучающий практики, приходит с каким-то вариантом продолжения карьеры, как правило, мы идём ему навстречу, если это не вредит клубу. А уж Астику мы всегда пойдём навстречу по любым вопросам.
— Кто из нынешней команды достался «Родине» с наибольшим трудом?
– Группа игроков, которых я уже называл. Некоторых мы звали или пытались решить с их клубами по три-четыре раза. Ваня Тимошенко, Андрей Егорычев, Йорди Рейна. А были ситуации, которые уложились в одно трансферное окно, но длились долго и проходили через стадии, когда переход становился невозможным, как в случаях с Лео Гогличидзе, Стасом Бессмертным, Серёжей Волковым, но всё равно затем удавалось вырулить. Часто бывало, что, наоборот, действовать нужно было оперативно и часами не слезать с телефона, чтобы за день перехватить игрока. Илья Дятлов – самый свежий пример.
Тёму Максименко я звал дольше всех, несколько лет подряд, а он всякий раз выбирал другой вариант. И вот в его период в «Соколе» возникло ощущение, что это идеальный момент, чтобы взять его, прикидывал, с кем же из команд РПЛ мы будем за него конкурировать, ведь с такими качествами он обязан играть в РПЛ!
— В итоге – ни одного клуба из РПЛ не появилось?
— Он ждал и ждал, а я звонил ему чуть ли не через день, говорили обо всём, я пошагово рассказывал, как он может у нас играть, что мы – его команда, что он способен у нас забивать по 15-20 мячей за сезон. Это длилось месяц или полтора, и в какой-то момент всё состоялось. Пользуясь случаем, поздравляю Артёма с завоёванным у нас званием лучшего бомбардира ФНЛ!
— Кто был первым из нынешних ведущих игроков «Родины», за кем вы начали такую длительную охоту?
— Руслан Фищенко, ещё с первого его года в «Велесе». А закончилось всё, когда он был в «Уфе», и там по нему были предложения от более статусных и богатых клубов, но клубы не могли договориться. Когда же мы договорились с «Уфой» и с агентом игрока, Руслан не скрывал сомнений, ведь у него уже имелся опыт выступления в Премьер-Лиге, а мы тогда были начинающей и молодой командой ФНЛ. Помню, в конце всей эпопеи встретились в торговом центре, в ресторане. Достаточно долго говорили, я принёс с собой распечатанный контракт, но не хотел, чтобы Руслан быстро его подписал и потом об этом жалел. И когда я в очередной раз спросил: «Русланчик, ты уверен?» Он ответил: «Да, готов подписывать». Но как только он взял ручку, у него зазвонил телефон. Директор авторитетного клуба РПЛ выпалил в трубку: «Фищ, тебя можно забрать? Мы всё подтверждаем, готовы!» Руслан ответил: «Да нет, спасибо, я уже в «Родине». Положил трубку и подписал контракт со словами: «Мы же уже с вами договорились. Всё будет хорошо!» Потом не раз более статусные клубы пытались куда-то Руслана перетянуть, ему и за сборную другой страны предлагали играть, но он верный, порядочный человек. Руслан – очень важный для нас игрок, очень боевой. Для него соперник с мячом – добыча! Руслан – реальный киллер атак соперника. При этом умеет себя контролировать. Без таких, как он, «Родина» была бы совсем другой командой.
Вообще, много хочется рассказать о каждом. О Лео Гогличидзе, Тёме Соколе, Илюше Дятлове, Хабе Абдусаламове, Солте Бакаеве, Мите Кризане, Аршаке Коряне, Серёже Айдарове…
— Расскажите о Йорди Рейне – как пришёл он?
— В «Торпедо» Йорди оказался втянут в конфликты, у него вдобавок был перелом пятой плюсневой кости. Клуб хотел с ним расстаться, и разные люди из «Торпедо» говорили: «Мы заинтересованы расстаться с Рейной, но не берите его – он вам не подойдёт».
— Почему же взяли?
— Да потому что он мегафутболист, космического уровня по меркам Первой лиги. А как с человеком, понятно, нужно было пообщаться. И потом – совсем недавно — он напомнил мне этот наш разговор. Весь финальный отрезок этого сезона Йорди прошёл с травмой задней поверхности бедра. Благо у нас топовые врачи, они удержали Йорди на грани, он лечился, почти не тренировался, но в матчах выходил и здорово играл (по голосованию игроков и тренеров был признан лучшим игроком сезона-2025/2026. – Прим. «Чемпионата»).
Коллектив у нас его очень любит – Рейна необычайно позитивный, боец. Говорит: «Вы помните тот наш разговор, когда вы сомневались в моих человеческих качествах?» Я отвечаю: «Йорди, я не сомневался – я задавал тебе честные вопросы. И мы с тобой пожали руки». Тогда он дал понять, что, если ты относишься к нему с уважением, он платит вдвойне – и уважением, и игрой. Сегодня Йорди — один из тех, с кем я советуюсь в важных ситуациях, связанных с командой.
Так вот, когда ещё в первый его приход к нам у него заканчивалась аренда, он не хотел возвращаться в «Торпедо». Мы договорились, что никого не ищем на его позицию и ждём. Йорди с уважением относился к «Торпедо», но это не его история. А у нас нет таких зарплат, но он убедил «Торпедо» его отпустить и пошёл к нам на большое понижение по зарплате. Мы, в свою очередь, тоже постарались. У нас у ведущих игроков зарплаты примерно одинаковые, но тут подошли лидеры команды и сказали: «Алексей Николаевич, за нас не переживайте. Мы понимаем, что нам может дать Рейна, будет справедливо, если у него зарплата будет больше, чем у нас».
Кстати, вы знаете, лучшие дриблёры — они же и лучшие танцоры. У нас сейчас два лучших танцора — это Йорди Рейна. И Кирилл Ушатов. И недавно у нас между ними был танцевальный батл.
— Кто победил?
— Подарки получили оба (улыбается). Кириллу Ушакову не нужен кураж — техническая база такая, что он всегда танцует на высоком уровне. Когда он танцует, наши игроки восторгаются: «Ну как у такого отобрать мяч?» При этом у Йорди диапазон танцевальных движений больше: в начале праздника это один уровень танца, в конце — другой, совершенно космический.
— Кто самый востребованный игрок «Родины», по кому приходит больше всего предложений?
— В каждое трансферное окно по-разному. Сначала это был Иван Тимошенко. Начиналось всё с предложений от ЦСКА, но после его аренды в «Акрон» мы договорились, что будем двигаться вместе и не смотреть на сторону. Ваня и женился у нас — на прекрасной девушке Вике, которая отвечает в клубе за СММ. На каком-то этапе поступало много предложений по Руслану Фищенко, в последнее зимнее трансферное окно это Тёма Максименко. В нынешнее наиболее востребованы те, кто не играл у нас в основе весной: Юдинцев, Шадринцев, Гордюшенко, Тананеев. Их буквально рвут на части, но ребята не торопятся уходить. А по ведущим игрокам предложений нет, потому что клубы понимают, что это бесполезно.
— Как убедить футболиста остаться в Первой лиге, когда за ним приходит ЦСКА?
— Почти всегда убеждаем. Впрочем, прийти могут тоже по-разному.
А так иногда футболиста, наоборот, приходится убеждать перейти куда-то. У нас была история с Сашей Корякиным.
— Он не хотел в «Краснодар»?
— Хотел, но нужно понимать контекст. Саша сидел в запасе в «Балтике-2», и тут появляется одна из ведущих команд Первой лиги, которая в него очень сильно верит (позже Саша сам мне признавался, что не понимал, как мы смогли в нём что-то разглядеть по тем играм). И вот он идёт наверх, в эту самую поверившую в него команду, и становится лучшим вратарём сезона ФНЛ. В следующем сезоне из-за смены тренера к Саше было меньше доверия, он попал в эмоциональную яму. Но концовку выдал такую, что по проценту отбитых ударов стал лучшим в Европе. После этого к нему появляется предварительный интерес от зарубежных команд и российских грандов. Но «Краснодар» выходит с предложением первым, сразу же после своего чемпионства. А Корякин тоже благодарный парень. И у него в «Родине» всё складывается, он чувствует себя значимым, счастлив и на поле, и за его пределами. Он опешил, и недели две не было ясности, примет ли Александр предложение «Краснодара». Я ему даже сказал: «Лучше попробовать и жалеть, чем не попробовать и жалеть». Впрочем, думаю, Саша и без нашего с ним разговора всё равно бы созрел для перехода в «Краснодар».
— Почему у Тимошенко не получилось в «Акроне»?
— Знаете, мне неправильно рассуждать про Ваню и «Акрон». Могу сказать, что это удивительный, очень умный нападающий, которому нужны доверие и поддержка. Ну и нужно понимать, что, когда на твою позицию приходит такая величина, как Артём Дзюба, заиграть очень непросто. Но, может, и сам Тимошенко тогда не был столь же сконцентрирован – у нынешнего Вани там бы получилось.
— В какой-то период вам предлагали Гильерме, Крицюка. Сейчас на вас выходят агенты опытных игроков?
— Игроков с именем хватает, и да, нам их предлагают. Но просто на имя мы не ведёмся. Всегда нужно смотреть на то, что футболист делает здесь и сейчас, какая у него мотивация, и на то, что уже есть в команде. На данный момент у нас нет мыслей о приглашении опытных футболистов – все имена, фигурирующие в СМИ (появлялась информация об интересе «Родины» к Артёму Дзюбе и Александру Кокорину. – Прим. «Чемпионата»), это не наша история. Хотя со временем может появиться исключение.
— Бакаев тоже относительно именитый футболист для «Родины», поигравший в РПЛ. Как звали его?
— Было тяжело уговорить его прийти к нам в первый раз (в аренду из «Рубина»), но позднее сложились отношения, которые мы поддерживали. Я смотрел на Солтмурада в «Акроне» и видел, что осенью он был не совсем счастлив и не похож сам на себя. Начиная с октября, в общении с ним стали вспоминать совместные времена в «Родине». А когда ситуация перетекла в официальные переговоры зимой, основной наш аргумент был: «Солт, мы тебя ждём и готовы не зажимать в тиски, ты ведь любишь свободу». Бакаев – очень яркий футболист; взрывной тип личности, но позитивный и командный. Солтмурад и наше доморощенное дарование Магомедхабиб Абдусаламов – вингеры, конкуренты по позиции. Играет либо один, либо другой, а амбиций, темперамента, эмоций, характера и взрывоопасности у каждого выше крыши. Тем не менее каждый ведёт себя корректно по отношению друг к другу и к команде. Если бы на каком-то этапе между ними возникли бы разногласия, может, мы и не решили бы задачу.
— Вы поняли, почему «Акрон» оказался готов расстаться с Сергеем Волковым?
— На тот момент Серёжа не играл. На нас вышли сами: «Не хотите рассмотреть Сергея Волкова?» А мы всегда его рассматривали, он был для нас неким ориентиром, когда мы говорили о вратарях подобного типажа. Да и потом, футболисты, которых где-то недооценили, если у них есть характер – это мощный ресурс, им есть что доказывать!
Сергей – помощник для команды, клуба и тренеров, потому что он мудрый, позитивный и с характером. В перерывах матчей он всегда говорит одну и ту же фразу: «Не останавливаемся, мужички!», но каждый раз это получается убедительно. И вратарь он достойнейший. Мы обо всём позаботились заранее – включили в арендное соглашение опцию выкупа, и нам было достаточно отправить два уведомления о том, что мы её активируем. Мы отправили.
— Оправдалась ли аренда Станислава Бессмертного?
— Просто супер! Мы в минувшем сезоне всегда были спокойны за позиции фланговых защитников. Стас пришёл к нам с большими амбициями, он точно не был готов сидеть на скамейке – всем своим видом показывал, что должен играть. Со временем пахать стал ещё больше, но вёл себя с достоинством и уважительно, если в каких-то матчах справа играл не он. У него сильные конкуренты – глыба по меркам Первой лиги Артём Сокол и человек с тремя сердцами Жора Юдинцев, но они прекрасно друг друга поддерживают. Точно так же как и их левофланговые коллеги Лео Гогличидзе и Илья Дятлов, те и вовсе дружат. Рад, что Илья стал дебютантом сезона! А по Стасу Бессмертному мы решили вопрос с «Динамо», игрок остаётся с нами и на следующий год.
— На каком этапе находится карьера Дениса Тихонова и насколько он похож на отца?
— Денис – один из самых хладнокровных, сдержанных и спокойных футболистов, которых я когда-либо видел. Всегда на умеренном позитиве, никакая ситуация не выведет его из равновесия. В сезон он входил игроком стартового состава, забил гол. И всё было бы хорошо, но, забивая тот мяч, Денис получил травму. Весь год мы восстанавливали его, разбирались с его болями. Сейчас есть ощущение, что разобрались, и следующий сезон для него должен получиться хорошим. За то время, что Тихонов лечился, хорошо себя проявили другие ребята, поэтому посмотрим – впереди предсезонка. А на папу своего Денис похож сложением, антропометрией, цветом волос, позицией и правильной нестандартностью мышления.
Источник: www.championat.com
Комментарии