Последний успех россиян на Олимпиадах с участием игроков НХЛ был 24 года назад – на Играх-2002 в Солт-Лейк-Сити. Тогда команда под руководством Вячеслава Фетисова, в первый и, как оказалось, в последний раз вставшего на тренерский мостик, выиграла бронзовые медали. Многие помнят неудачный полуфинал с США, где шайбе после броска Сергея Самсонова не хватило миллиметров (или же хватило, другой вопрос) чтобы перевести игру в овертайм.
Затем была игра за третье место с Беларусью, но ничего этого не случилось бы, уступи Россия в четвертьфинале. Где встречалась, между прочим, с действующими чемпионами мира и олимпийскими чемпионами – чехами. Яромир Ягр, Патрик Элиаш, Петр Сикора, Павел Патера и Мартин Гавлат нанесли 41 бросок по нашим воротам, однако каждый из них парировал вратарь Николай Хабибулин.
У «булинской стены» были сложные отношения со сборной, но та игра, вероятно, сильнейший вратарский перформанс на ОИ за всё время. В интервью «Чемпионату» Николай, работающий сейчас тренером вратарей в нижегородском «Торпедо», вспомнил Игры в Солт-Лейк-Сити, а также оценил готовность нашей вратарской школы прямо сейчас. Спойлер: несмотря на большое количество звёзд, Хабибулин предупреждает – есть проблемы.
«ИИХФ восстановила справедливость, вернув мне золотую олимпийскую медаль Альбервиля»
– Как команда воспринимала себя и свои перспективы перед стартом хоккейного турнира на Олимпиаде в Солт-Лейк-Сити?
– Насколько я помню, команда была неплохая. Ехали, понятное дело, за медалями. Желательно золотыми, настрой был только на победу, на первое место. Конечно же, хотелось выиграть, мы верили в себя.
– При этом вы получили золотую олимпийскую медаль ещё, по сути, до старта турнира – за Игры в Альбервиле-1992. Как это было?
– Медаль действительно мне выдали, как помню, после одной из первых тренировок, на самом старте Олимпиады. К нам в раздевалку неожиданно зашёл Рене Фазель и вручил медаль перед всей командой.
– Многие потом говорили, что это дурной знак. У вас не было подобных страхов?
– Сейчас спустя столько лет уже можно что угодно говорить… Я думаю, что больше был посыл такой, что медаль мне была положена, а я её не получил в 1992 году. В ИИХФ восстановили справедливость, вернули мне мою медаль.
А говорить о том, что это плохой знак, что она как-то на что-то повлияла… Я так не считаю. Всё равно было большое желание выиграть следующую медаль, и тоже золотую.
– На групповом этапе сборная России играла нестабильно – всего одна победа, низкий посев и сборная Чехии уже на старте плей-офф. Что не получалось?
– Я думаю, что были проблемы с сыгранностью, хотя это была общая проблема. Времени на тренировки, какие-то контрольные встречи у нас не было, все сразу включились после Игр в НХЛ, приехали, как и мы, собрались буквально за два-три дня до первых матчей на Олимпиаде.
Игра действительно не сразу пошла, получилось как получилось, в самоотдаче точно никого обвинить не могу, не было такого, что ждали плей-офф, с первых же встреч все старались, все бились. Желание было большое.
Тренеры искали связки, комбинации звеньев. Но если так посмотреть, мы не так уж и плохо выглядели. Матч с белорусами немного скомканный вышел, цельного хоккея не было, однако победа есть победа.
С американцами, на мой взгляд, неплохо сыграли, сильный соперник, у них дома играли – боевая ничья, тогда ещё не было овертаймов на групповом этапе, где-то мы даже лучше смотрелись, в овертайме могли и дожать. Вот с финнами и правда вышло как-то не очень.
– Финляндия для России на крупных турнирах будто бы вечный криптонит…
– Согласен, и та игра не исключение, они вязали нас по бортам, не особенно что у нас получалось.
«Ребята пытались запрыгнуть в ворота, я им говорил: «Не надо, не мешайте»
– Как итог – четвертьфинал с Чехией. На тот момент олимпийские чемпионы, дважды подряд чемпионы мира. Сильнейший состав, воспоминания о Нагано-1998. Какие были ожидания?
– Ждали битву с нетерпением. В составе было много ребят с Нагано-98, очень хотелось вернуть им долг за те Игры. Все вышли заряженными, равнодушных не было.
– Низкорезультативный матч с единственной шайбой Максима Афиногенова. В каком-то смысле – калька встречи четырёхлетней давности?
– Возможно. Если говорить про себя, то было непросто конечно, 41 бросок. Но организм нормально держался, чувствовал себя хорошо. Мне в принципе нравится играть, когда много бросков по твоим воротам, помню, я тогда и в клубе так играл.
Главное – всё пошло как надо с самого начала, хорошо, что удалось выстоять. Если брать мою карьеру в целом, то этот матч я бы включил в топ-3 за все годы, один из лучших матчей в моей жизни.
– И точно лучший матч за сборную?
– За сборную – точно лучший, но и в принципе за всю карьеру не так много было настолько сильных матчей, когда ещё так многое стоит на кону. Одна ошибка – и конец Олимпиады, полный провал. Мы не могли этого допустить.
– Многие включают ваш перформанс в игре с Чехией в список лучших моментов России в истории Олимпийских игр. Приятно слышать такие оценки?
– Разумеется. Наверное, это справедливо, если говорить о какой-то «вратарской» победе. Когда выигрываешь 1:0, не пропускаешь ни одной шайбы – уже отлично, но при таком счёте роль вратаря действительно огромная, понимаешь, что сыграл хорошо. Если поглядеть по статистике, даже не смотря игру, чехи нас перебросали, так что всё удалось.
– 41 бросок в створ – было такое, что вы один оставались против Яромира Ягра и компании?
– Нет, конечно, все старались, защитники помогали, никто себя не жалел. Бросались под шайбу, таких, кто просто выходил бы «покататься», не было. В последние секунды ребята уже сами в ворота пытались запрыгнуть, я даже говорил – не надо, мешаете…
Но такая мощная атака была у Чехии в те годы, попробуй их останови. У канадцев не получалось. Поэтому большое количество бросков объяснимо.
«Два периода с американцами мы были вялые, а в третьем вышли — и просто их смяли»
– Дальше – полуфинал с США. Насколько справедлива мысль, что не хватило сил – ни физических, ни эмоциональных? Оставили всё и вся в четвертьфинале с Чехией.
– Я много думал об этой игре, но до сих пор не понимаю, что вообще тогда произошло. С американцами в полуфинале было на льду будто бы две разные команды вообще, если про нас говорить.
Два периода мы были какие-то вялые, а в третьем периоде вышли и просто их смяли, американцев не было. Забили два гола, могли и сильно больше, однако не получилось, не смогли сравнять.
– Не могу не спросить про гол-фантом Сергея Самсонова. Какая ваша позиция?
– Я не знаю… Есть те, кто говорит, что была шайба, многие ребята говорят, что ничего и не было, и среди нашей команды есть те, кто не верит в этот гол. Честно – непонятно.
– Главная проблема – плохое качество телекартинки? Ни по одному из видеоповторов нельзя ничего сказать наверняка.
– Видео плохое, конечно, камеры были не такие, как сейчас. А мне из-за моих ворот точно ничего видно не было, что там происходит в 50 метрах от меня.
– Матч не пересматривали?
– Конкретно эту шайбу, этот момент, вернее, смотрел, по камерам. Но непонятно, честно, было или не было.
– Какой настрой был затем в раздевалке? Всё очень близко, но немного не хватило для нужного результата.
– Было ощущение, что мы провели хороший матч, хороший турнир. Были все шансы выйти в финал, мы наиграли на этот финал своим хоккеем. Но сами не сделали то, что могли сделать. Сыграли хорошо, однако сделали не всё.
– Как затем настраиваться на игру за бронзу с Беларусью? Наверняка учли печальный опыт шведов, чей поход за золотом прервал Владимир Копать.
– Понятное дело, что настрой был тяжёлый. Во-первых, эмоции с полуфинала ещё не улеглись, ты только-только проиграл игру за выход в финал, мозгами ещё будто бы там…
Дальше у тебя в соперниках – сборная Беларуси, при всём к ним уважении, они большие молодцы и провели выдающийся турнир, но их нельзя причислить к грандам хоккея. И это надо из головы было убирать, все эти мысли.
Скажу так, было бы очень обидно упустить ещё и бронзу, поэтому все вышли максимально настроенными. Большой радости не было, но всё равно приятно заканчивать турнир победой.
«Я не вижу у нас вратарской школы, её нет. Есть сильные люди, отдельные личности»
– Мало кто мог тогда об этом подумать, но бронза Солт-Лейк-Сити – наш последний медальный успех на турнирах среди всех сильнейших. У вас есть понимание, почему поколение Александра Овечкина и Евгения Малкина так и осталось без больших побед?
– Я бы не говорил о застое нашего хоккея. Каждый турнир – своя история, по составу мы каждый раз привозили неплохие команды, но, возможно, не было хороших тренеров, которые могли бы, как водитель машины, направить в нужное русло.
– В ваши годы вы были безальтернативно лучшим вратарём страны. Сейчас допусти нас МОК до Олимпиады – мы бы долго гадали, кого ставить в ворота. Что изменилось?
– Мы бы не гадали, у тренеров была бы сейчас головная боль. Приятная головная боль. Одно дело – взять в команду, потом ещё решать, кого поставить… Не знаю, что поменялось, скорее, появились талантливые ребята, которые увидели, что путь открыт.
Где-то при всём их таланте им повезло с тренерами, которые работали с ними. Опять же, попав в НХЛ, они не остановились в своей работе, продолжают прогрессировать. В принципе, сейчас очень много талантливых ребят, даже у нас здесь в КХЛ, кто не уехал, и у них есть возможность туда попасть.
– Справедливо считать российскую вратарскую школу сейчас сильнейшей в мире?
– Давайте так, я не скажу, что школа. Как таковой «школы» я у нас не вижу. Её как таковой нет.
– Но есть персоналии?
– Всё верно – есть отдельные личности. Вот даже взять наших лидеров, Сергей Бобровский, Андрей Василевский, Игорь Шестёркин, Илья Сорокин – они все безумно талантливые, но все разные. Можно посмотреть на шведов, вот они похожи, у них школа.
Наши вратари лучше, но как школа – они работают более системно, они более узнаваемы, похожи друг на друга. Финны друг на друга похожи. А у нас ребята индивидуально сильны, и каждый по-своему. Как таковой системы подготовки у нас нет, и это тревожит на самом деле. У нас есть сильные духом и телом люди.
– Смотрите Олимпиаду в Милане? За кем-то, возможно, следите персонально? В том числе с профессиональной точки зрения.
– Посмотреть интересно матчи, безумно жалко и несправедливо, что наша команда не играет. России не хватает на турнире. Но есть другие команды, где в том числе сильные вратарские бригады, с хорошими составами, поэтому когда есть время – смотрю.
– С точки зрения вратарей кого видите фаворитом? У кого сильнейшая бригада вратарей на Играх-2026?
– Не знаю, интересно, как будут шведские вратари, финские. Юусе Сарос пока не очень бодро начал, со Словакией, потом исправился. Как-то за сборную у него не очень пока идёт. Швед Эрик Густафссон пока сам не свой. Самая сильная вратарская бригада, как мне кажется, у американцев. На данный момент так. Чехи сильные. Будет интересно, особенно матчи на вылет.
Источник: www.championat.com
Комментарии