Защитник «Зенита» Матвей Бардачёв, арендованный «Уралом», впервые подробно рассказал о перенесённой болезни.
— Первая аренда в «Урал» прервалась. Те причины, о которых писали, звучали страшно. Что случилось?
— Паралич лица, как и писали в прессе.
— Как это произошло? Не на ровном же месте.
— Как раз на ровном месте, такое может произойти с каждым — просто переохлаждение. С таким диагнозом тебе никогда не могут ничего точно сказать. У скольких неврологов я не был, все говорили разное и никто не повторялся. Я уже даже устал от этого, спрашиваешь срок, а в ответ: «Мы не знаем». Такое ощущение, что я не к врачам приходил, а не знаю к кому. Никто не мог сказать, сколько будет продолжаться лечение.
— Когда всё случилось?
— Было так. Прилетел из Бразилии с молодёжной сборной и поехал во Владикавказ на игру с «Аланией». Прилетел, отыграл матч в Кубке. Вечером появились какие-то симптомы, а утром просыпаюсь — часть лица не работает. Всё шло по нарастающей. Шея болела, я думал, что забилась, мышцу передавило или ещё что-то. У нас был выходной, и те, кто играл в матче, могли не приезжать на базу. А я решил приехать, потому что это было странно. Не так ярко выражено, как через неделю, но всё равно заметно. Врачи на базе засуетились, я поехал в больницу, и мне сказали — неврит лицевого нерва. На игру с «Чайкой» не поехал, положили лечиться, поставили капельницы. Потом сказали, что надо лечь в стационар. Сначала лежал в Екатеринбурге, потом в Питере и поехал домой в Краснодар. Там ставили капельницы с гормонами, которые считались допингом — играть в футбол было нельзя, — сказал Бардачёв в интервью корреспонденту «Чемпионата» Александру Ершову.
Источник: www.championat.com
Комментарии