Недавно 19‑летний российский баскетболист «Бруклин Нетс» Егор Дёмин стал гостем популярного подкаста The Old Man and The Three вместе с одноклубниками Ноа Клауни, Дэнни Вульфом и Дрейком Пауэллом. В беседе он рассказал о различиях между европейской и американской баскетбольными системами, жизни в «золотой клетке» мадридского «Реала», неожиданном выборе на драфте и своей адаптации к ритму НБА. «Чемпионат» подготовил для вас перевод.
Опыт в мадридском «Реале»
— Это был потрясающий опыт. Честно говоря, думаю, он сильно на меня повлиял, особенно учитывая, что я попал туда совсем подростком — мне было всего 15 лет. Мы часто называли то место «золотой клеткой» — с одной стороны, тебе дают всё необходимое, обеспечивают отличные условия, вокруг всегда есть люди, готовые помочь. Но при этом свободы почти нет.
Я вспоминаю, как рассказывал об этом ребятам здесь. Мы жили на закрытой базе со всеми спортсменами — нас, баскетболистов, было около 20, остальные занимались футболом. Это напоминало кампус, из которого мы практически не выходили.
Нам разрешали покидать территорию только раз в неделю, и то обязательно нужно было сообщить, куда идёшь и с кем. Одному выходить вообще нельзя было. Конечно, временами это раздражало, и хотелось больше самостоятельности. Но, несмотря на все трудности, я считаю, что тот период очень многое мне дал и закалил меня.
Разница между Европой, NCAA и НБА и пример Дончича из «Реала»
— Пока мне сложно об этом однозначно сказать — я ведь ещё толком тут не играл, чтобы разобраться до конца. И, честно говоря, забивать было не так уж просто, даже несмотря на то что он [Лука Дончич] стал MVP и всё такое — это реально впечатляет.
Стиль игры здесь совсем другой. Я сегодня как раз разговаривал об этом с Теренсом [Мэнном] — он спрашивал, как у нас в Европе проходят тренировки и сам сезон. Я ему ответил: чувак, мы тренируемся в пять раз больше, чем играем. Например, в последнем сезоне за «Реал» у нас в регулярке было всего 23 матча, но при этом сезон по длине такой же, как в НБА — с сентября и почти до мая. Так что каждый матч реально важен.
С колледжем похожая история: сейчас смотрю эти студенческие игры — бывает, за пять недель по четыре игры каждую неделю, они прям сливаются в одно целое. Кажется, что в Европе и в студенческом баскетболе в каждую игру приходится гораздо больше вкладываться, и каждый матч что-то значит. Понятно, что в НБА тоже всё серьёзно, но тут игр почти вдвое больше, и ощущения совсем другие.
Как Егор Дёмин решился на переезд в США
— Знаете, для меня, наверное, самый главный фактор — это тренер Янг. Честно говоря, я вообще никогда не планировал играть в колледже, вообще никогда. Это был такой план Б — если ничего не получится, ну ладно, останется колледж. Я уже играл в Европе, и после третьего года передо мной опять встал выбор.
Многие сейчас говорят: «Ну, он же играл профессионально за «Реал». На самом деле, это не совсем так. Я не играл профессионально. Я играл за команду своего возраста, как обычный парень, просто в системе клуба. Да, тут я и попал под разборки с NCAA, наверное, чуть ли не первый, кто в такую ситуацию залетел — когда стали искать лазейки, ну а я ничего незаконного не делал. Не играл профессионально. Ну, вышел раз на 20 секунд за основу — и всё, тут же сразу: «А, ты профи, подписал контракт, тебе заплатили». Ну да, у меня был контракт, но это академия, типа обучения, что-то вроде стипендии — да и денег там практически не было. Короче, это всё не то.
Так вот, после третьего года в академии у меня был выбор: остаюсь, подписываю контракт с первой командой, также были предложения из России — из Единой лиги ВТБ, были интересные варианты по Европе, да и колледжи, конечно, тоже звали. А я всё время думал: да зачем мне колледж? Мне казалось, что я не подхожу, что мне это вообще неинтересно. В Европе если и оставаться, то только ради «Реала» — потому что, ну, смысл уходить из одного из лучших клубов Европы?
Однако потом, когда начал серьёзно обдумывать, что для меня лучше, понял: колледж — это реально нормальный вариант. Потому что ты играешь с ребятами постарше, но всё же не с мужиками, которые 10-15 лет уже в профи, как в Европе. И плюс я мог выбрать команду, где мне реально будет комфортно, мог посмотреть на разные предложения, понять, где реально моё место.
И вот из всех колледжей BYU больше всего зацепил: у них тогда только пришёл тренер из НБА, команда обновлялась, новый штаб, новые люди. Чувствовал, что реально могу хорошо вписаться — хорошие шутеры, сильные «большие», а мне нравится играть пик-н-ролл, раскручивать команду, делать всех лучше. И культурная сторона тоже была важна — особенно для родителей. Для меня, если честно, не так важно: я с 15 лет сам по себе, они всегда говорили: «Ты везде разберёшься». Однако здесь в Юте реально были люди, которые могли поддержать.
Например, Трэвис Хансен — может, знаете, он и за «Реал» играл, и в России, и в НБА, и сейчас, кажется, спортивный директор BYU, а тогда просто дружил со мной, реально как вторая семья был. Поддержал, подсказал, помог освоиться. Не передать словами, насколько я рад, что попал в Юту.
Спокойный образ жизни в университете и драфт НБА
— По сути, это всегда был мой стиль жизни, поэтому мне это всегда нравилось. Вот почему я и выбрал это место, если честно. Потому что знал, что тут никто не будет считать меня странным из-за того, что я не тусуюсь, не хожу по вечеринкам. Да, на самом деле, всё было совсем наоборот. Мне всегда хотелось какого-то другого веселья, какого-то своего круга. А тут были ребята, которые по большому счёту только тусить и хотели.
Для меня это было круто, если честно — у меня появилось много друзей, причём не только среди ровесников, а даже среди старших, которым уже по 26-27 лет, что, конечно, забавно. Но они стали мне близки, мы до сих пор общаемся, переписываемся — всегда приятно. Было действительно интересно находиться рядом с игроками, которые вроде бы уже определились по жизни, уже взрослые, однако при этом всё ещё учатся в университете — это такой любопытный промежуточный этап.
А про драфт… Люди часто думают, что игроки знают заранее, где они окажутся. Возможно, у кого-то так и есть, но я, честно говоря, не имел ни малейшего понятия. У меня был очень широкий разброс — я мог уйти и в топ-5, а мог оказаться и на 25-м месте, никто не давал никаких гарантий. Поэтому для меня всё это было в новинку, всё было реально неожиданно.
Причём, судя по реакции, мой выбор был для всех сюрпризом. Даже все эти мок-драфты и эксперты — в целом это же всё ерунда, но и там особо про меня никто не говорил в этом контексте. И я сам не знал, куда попаду. Конечно, была уверенность в себе — я знал, на что способен, думал, что заслуживаю этого и того. Но в то же время не знал, что на самом деле думают обо мне в НБА. Можно что-то слышать, однако это не значит, что всё правда, верно?
Но да, это было весело — быть выбранным, видеть, как люди в зале переглядываются: «Эй, кто это вообще такой?» Я же всего год играл в Америке, за BYU, мы прошли в Sweet 16, однако вне нашего круга мало кто за нами следил. Всё равно это было круто — рядом были мама, мой первый тренер [Евгений Горбунов], тренер Янг. Всё было просто отлично.
Что это за место такое — Бруклин
— Бруклин — это вообще такое особенное место, тут реально всё намешано. Тут, конечно, есть определённая связь с Россией — причём не только у самого города, но и у клуба, ведь и владелец был из России (Михаил Прохоров. — Прим. «Чемпионата»), и много русских игроков через «Бруклин Нетс» прошло (Тимофей Мозгов, Андрей Кириленко и Сергей Карасёв. — Прим. «Чемпионата»). Для меня большая честь быть как бы продолжением этой традиции.
Что касается самого города, мне кажется, он очень разнообразный, тут столько всего — нельзя сказать, что русских тут больше, чем кого-то ещё, или что русское комьюнити как-то выделяется среди остальных. Нет такого ощущения, что именно русских тут больше всего. Но это, опять же, моё личное восприятие, я не претендую на объективность.
Хотя, конечно, здесь есть русская община — просто она, по-моему, далека от спорта. Нет ощущения, что у меня тут прям полно русских друзей или что за мной следят толпы русских фанатов. Но тем не менее почти на каждой игре слышу русскую речь — кто-то обязательно говорит по-русски. Это, конечно, приятно и круто.
Отличия НБА от NCAA
— Для меня всё примерно то же самое, только если говорить об атаке. Иногд пересматриваю наши старые матчи в BYU и думаю: ну вот серьёзно, как вообще люди защищались против нас? Иногда кажется, будто они даже не пытались что-то остановить, честно. Ведь у нас ведь ничего особенного в нападении не было — играли очень много пик-н-роллов — просто всё строилось на этом. Мы ставили соперника в такую ситуацию: ну давай, выбирай, кого ты хочешь держать.
У меня был «большой», который ловил всё что угодно, и вокруг три шутера. Так что кто-то всегда вынужден был помогать, и всё становится вообще очень простым. Ну то есть нападение реально легко работало в таких условиях. А вот здесь, в лиге… тут иногда один защитник может сразу нескольких игроков перекрывать, и уже ничего не получается так просто — атаковать реально намного сложнее, это совсем другой уровень.
Насчёт защиты. Был ли соперник, который прямо мог держать игроков на всех позициях — с первой по пятую? Сложно сказать, если честно. Пока против меня в основном играют низкие защитники, такие довольно мелкие. Если брать пример такого универсального защитника, который может закрыть любую позицию — ну, наверное, это вот эти ребята (показывает на Клауни, Вульфа и Пауэлла). Могу, конечно, ещё кого-то из лиги вспомнить, но, думаю, вам это сейчас не особо интересно.
Что представляет из себя сезон в НБА
— Для меня лично всё вообще, если честно, очень непривычно. Даже если просто взять, например, постоянные перелёты — столько летал в этом сезоне, сколько за всю жизнь, наверное, не наматывал. А если говорить о поражениях — за последние четыре года… Ну вот в Мадриде за три сезона я проиграл буквально два-три матча. Представляете? Так что мне, конечно, приходится перестраиваться, учиться принимать, что поражения — это нормально. Хотя это ведь зависит от того, как ты проигрываешь.
Если ты что-то выносишь из этого, учишься на ошибках, то в перспективе это и есть самое важное. Поэтому для меня сейчас, наверное, главный вопрос — как научиться извлекать пользу из всех этих трудностей, которые встречаются у меня и у команды, как превращать этот опыт в что-то позитивное уже в следующей игре. И так из матча в матч и даже дальше, чтобы перенести эти уроки на следующий сезон.
Самое яркое вау-ощущение и «добро пожаловать в НБА»-момент
— Да, наверное, для меня это Карри. Вот серьёзно, то, как он бросает — просто безумие. Иногда складывается впечатление, что ему легче попадать из сложнейших положений, когда защитник буквально рядом, чем когда он один и бросает свободно. Это что-то нереальное.
А ещё меня уже пару раз сверху накрывали, так что, наверное, это можно считать «добро пожаловать в НБА». Но вот что реально чувствуется — это когда защищаешься против кого-то из тех, на кого сам смотрел по телевизору, когда рос.
Ты выходишь на площадку, стоишь напротив такого игрока, и у тебя реально в голове: «А что он сейчас будет делать? Почему он встал вот так? Как мне вообще это читать?» Ты вроде что-то пытаешься предугадать, однако он всё равно забивает свою «трёшку» — легко. В такие моменты и думаешь: «Да, вот это уровень».
Как изменился подход к игре после ухода из NCAA
— Думаю, адаптация, особенно у меня как чистого разыгрывающего, до сих пор продолжается. В колледже мне казалось, что уровень очень высокий, даже выше, чем в Европе, где я до этого играл. Однако сейчас, оглядываясь назад, понимаю — сравнивать сложно, потому что здесь совсем другой уровень физической борьбы и индивидуальных скиллов, причём не только в атаке, но и в защите.
Для меня этот процесс ещё не завершён, особенно если говорить о создании моментов для партнёров. В университете я отдавал очень много передач — за счёт другого пространства на площадке, другой расстановки. Не хочу сказать, что где-то лучше, а где-то хуже — просто всё по-другому. Здесь я стал больше играть без мяча, и это тоже отдельный опыт, новая стадия в развитии. Так что приходилось многому заново учиться. Как правильно сказал Дэнни [Вульф], на всё нужно время, чтобы до конца адаптироваться и стать тем игроком, каким хочешь быть».
Ещё я понял, что расти и становиться лучше можно самыми разными способами. Улучшить свои навыки в баскетболе, например, это не всегда значит просто держать мяч в руках. Есть масса вещей, которые можно освоить, помимо основного дела, и всё это в итоге помогает становиться сильнее именно там, где ты хочешь развиваться.
Источник: www.championat.com
Комментарии